Иначе способ усиления, а заодно и ослабления свежеиспечённых кавалергардов моментально разлетелся бы по всей империи.

Суть была крайне проста — пока они уверены в том, что делают и жаждут победы над врагом, их ядра и Дар будут работать намного сильнее. Грубо говоря, на пике своих возможностей, каждый мог потенциально достичь уровня Оболенского. На деле, всё скорее всего ограничится рангом Великого Мастера. Возможно с небольшим выходом за его границы. Но это уже неплохо. Отряд из пяти сотен Великих Мастеров, которые ещё и укомплектованы артефактами от Мьёльнира — дорогого стоит. Даже полк лейб-гренадёров не мог похвастаться подобной мощью в полевых условиях.

Ратибор брал с них присягу здесь же. Использовал клятву на Даре, но только в общих формулировках. Понимал, что если военные зададутся целью, то смогут обойти любое данное обещание.

Когда всё было закончено, во весь рост встал другой вопрос — как добраться до Москвы? Самый простой вариант предполагал использование самолётов. Но воздушные цели уязвимы. К тому же, нас с высокой долей вероятности ждут как раз со стороны воздуха. В конце концов, большая часть сильных Одарённых предпочитала именно такой способ скоростного перемещения на большие расстояния. Да и самолётов потребуется несколько. Пять сотен кавалергардов, плюс почти четыреста бойцов Билли — понадобятся, как минимум три воздушных судна.

Другой вариант — перенести их всех внутри участка свёрнутого пространства и открыть тот уже в Москве. Эта идея смотрелась лучше. Но предполагала, что воинам придётся вступить в бой, как только они окажутся в обычном мире. И постоянно находиться в состоянии готовности. Либо они окажутся вымотанными, либо я выброшу под удар противника сотни расслабленных бойцов.

С морскими охотниками, такой вариант ещё мог пройти. Но вот солдаты Ратибора рисковали сразу же понести потери и оказаться деморализованными.

Сам князь в ответ на мой вопрос, крутанул правый ус и оглядел строй из пяти рот, которые он только что сам и сформировал, назначив временных командиров.

— Знаешь, Сиятельство, обычно войска поездами перебрасывают. Но не уверен, что это тот случай.

Я подумал. Обратился с вопросом к Мьёльниру. А получив ответ, усмехнулся и посмотрел на Оболенского.

— Пусть организуют поезд. Только так, чтобы он забрал нас уже за городом. Ни к чему врагам знать, как именно мы станем до них добираться.

Если патриций и удивился, то виду не подал. Прикрытие мы разработали сразу же — всем было объявлено, что мы покидаем город, чтобы за его пределами опробовать силы новобранцев и создать конструктов.