Расскажешь сама или за информацией мне послать призрачных слухачей Аситу?

– Морфо, – улыбка тронула губы Саманьи. Она тряхнула головой, позволяя косичкам разлететься. – Бокор, да… Его зовут Кофи Бернар. Он был неплохим бокором – хуже папы, конечно, но куда одареннее, чем Векеса Анен. А потом его ритуалы стали проваливаться одним за другим.

Морриган машинально ее поправила, но, увлеченная, Саманья не услышала.

– Души не возвращались в прижизненные тела. А папа и другие бокоры, к которым после Кофи обращались родственники погибшего, и вовсе не могли отыскать души в мире теней.

– Может, в свои чертоги их забирала Дану? – предположила Морриган.

– Это… не такие люди. К тому же была и другая странность. Один бокор из самого Порт-о-Пренс[3] прикинулся человеком, которому требовалась помощь, чтобы присутствовать при ритуале Кофи. Он увидел очень странные веве и услышал не менее странные заклинания. Другие бы не поняли. Он – да.

– Поняли что?

– Души, которые его просили спасти, Кофи отдавал Барону Субботе. Самеди.

– Да, я знаю, – рассеянно отозвалась Морриган. Лоа, благодаря которому Клио осталась жива. Вернее, вернулась к жизни. – Темная история. Проведаю и его тоже.

– Я пойду вместе с тобой.

Морриган выгнула бровь. Не «можно ли мне…» или «я хочу пойти», а «я пойду».

– Я работаю одна.

Саманья развела тонкими руками цвета шоколада."

"– Работай. Я не буду мешать. Но мне нужно… понять, – жрица вскинула подбородок. – Правда ли то, что о нем говорят. Что он… сумасшедший. Или, хуже того, злодей.

Что-то было в ее лице такое…

– Хорошо. Но сначала проведаем Векесу, раз он главный подозреваемый…

Саманья молча смотрела своими глубокими темными глазами.

– Ладно, – сдалась Морриган. – Не знаю, что за дело у тебя к этому Кофи… Заглянем сперва к нему.

Иногда казалось, что Пропасть – молодая женщина, меняющая маски, любящая яркие шоу и театральные представления. Переменчивая, вспыльчивая, страстная девушка со шлейфом духов с ароматом полыни. Та, что не любила тишину и спокойную музыку – только взволнованный гомон чужих голосов. Та, что любила танцевать по ночам и просыпалась только к полудню.

Морриган никогда, наверное, не надоест за ней наблюдать.

По подвесному мосту шел колдун в плаще, сотканном из теней, с венцом в виде обнимающих голову, лишенных плоти скелетоподобных рук. Незнакомец мимолетно улыбнулся – зубы у него были заточены как клыки. Им встретился молодой паренек, оседлавший похожую на грифона птицу, и старая женщина верхом на химере. Девушка с гладко зачесанными в высокий хвост черными волосами вела на цепочке вместо поводка грациозную пантеру с лоснящейся черной шкурой.