Ничего оригинального.

Занавесь дернулась, будто кто-то хотел выглянуть из окна, но я быстро отвернулась и зашагала прочь. Не хотела никого видеть. Пусть наслаждаются друг другом.

Как назло, начал моросить мелкий противный дождь. Я судорожно стянула у горла воротник офисной блузки. Пальто осталось висеть в прихожей.

По моим щекам, вперемешку с дождем и тушью, текли соленые слезы. Через несколько минут я уже рыдала взахлеб.

Я не думала, куда иду, ноги будто несли меня сами. Боль, обида и унижение разрывали мое сердце на части. ""Как же так? Как же так?""- пульсировала в голове одна-единственная мысль. Я брела под дождем, который с каждой минутой становился все сильнее, но не замечала ни холода, ни прилипшей к телу одежды, ни потоков воды, стекавших с моих волос прямо за воротник.

Октябрь, плюс десять, холодный дождь. Я без зонтика и плаща. Бреду вдоль дороги, словно во сне, спотыкаясь на каждом шагу. Редкие машины проносятся мимо, сомневаюсь, что сидящие в теплых салонах люди вообще замечают меня.

Дождь постепенно перешел в ливень. Одинокие лужи слились в сплошной мутный поток, несшийся вдоль дороги. Я утонула в нем по щиколотку, чувствуя, как ноги заливает ледяная вода. В сапогах тут же захлюпало. Еще бы, я же так и бреду с расстегнутыми халявками."

"Впереди бетонный парапет над железнодорожной линией. Высокая, почти в два метра, железная сетка натянута вдоль него по обеим сторонам шоссе - сомнительная преграда для того, кто захочет свести счеты с жизнью, бросившись под идущий состав. Даже с расстояния десяти метров я вижу аккуратную дырку в сетке рядом с тем местом, где начинается непосредственно мост. За ней, по крутому склону, вьется узкая тропка для любителей экстремального восхождения или спуска. Но мне нужна не она.

Если вылезти в эту дыру и проявить чудеса эквилибристики, то можно пройти вдоль наружной стороны парапета по узкому бетонному выступу. Но мне так много не надо.

О чем я думала в тот момент? Сейчас я сама не могу ответить на этот вопрос. Наверное, ни о чем. Потому что если б подумала хоть чуть-чуть, то вспомнила бы о матери и отце, которые ни в чем не виноваты, о младшей сестренке, о родственниках и друзьях. О недописанных отчетах и обещанной премии, о модельных сапожках из мягкой итальянской кожи, которые я давно присмотрела в одном бутике... и о том, что измена любимого на кануне свадьбы не стоит такой жертвы, как моя жизнь.

Но в ту минуту я действовала на автомате, как робот, подчиняющийся заложенной в него программе. Или как сомнамбула, ходящая во сне с открытыми глазами.

Мой взгляд словно прирос к этой злосчастной дыре. С каждым шагом я становилась все ближе и ближе к ней...

Холодные пальцы вцепились в ржавую сетку, не замечая, что она царапает кожу.