Особенно понравился огромный, во всю стену, стенд с книгами. У него она замерла на несколько минут, не в силах поверить, что все это богатство принадлежит ей.

Постепенно кот к ней привык, сначала забирался на диван и долго смотрел нервирующим немигающим взглядом, как Лилия переворачивает страницу за страницей, вчитываясь в незнакомый, но понятный до каждой буквы текст. А однажды, решив что-то для себя, прилез на колени и развалился довольным пушистым ковриком. Чеши, мол, так и быть.

Лилия чесала.

И вникала.

И пыталась продолжать работать, как раньше, только вот не шло у нее почему-то. Слова не складывались, предложения выходили корявыми. А потом она набрела в волшебном «интернете» на руководство по рисованию манги."

"И это-то у нее получилось. Да так, что ее на выставки стали звать, а издательства — предлагать контракты. Потому что с такой достоверностью передать реалии средних веков, но в доступных детям комиксах, кроме нее, никто не мог. И она рисовала и записывала все странные идеи, приходящие ей в голову, и снова рисовала.

И личная жизнь как-то сама собой устроилась. Главным доводом в пользу будущего мужа стал, понятное дело, кот. Когда Терентий пришел первый раз в гости, пушистый предатель тут же вспрыгнул к нему на колени и потребовал ласки.

Вдруг оказалось, что тридцать два — это не старость и увядание, как ей казалось, а вторая молодость. И ребёночка можно запросто родить, причём без боли и ужаса, а там и еще двойню.

В общем, несмотря на то, что прошлого своего Лилия Викторовна так и не вспомнила, будущее ее вполне устроило. Даже более чем.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Конец!"