Я поймала себя на мысли, что не жалею, что я здесь, а моя старая компания там. У нас разная жизнь и разные интересы.

На последнем рисунке я задержалась и включила телефон, чтобы сравнить с фото.

Какие красивые у него были глаза…

Я так старалась передать их выражение и надо же — удалось.

Меня насторожил выкрик из коридора.

Я подняла голову, прислушиваясь: смех из зала стих, идет тревожный разговор у дверей. Кто-то еще пришел? Мне пора. Сунув блокнот подмышку, я взяла пакет и вышла из комнаты, на ходу роясь в сумке в поисках карточки — поэтому не сразу заметила, что происходит и кто пришел.

— Куда собралась?

Я подняла глаза.

У дверей толпились мужчины в черном. Я остановилась, настороженно наблюдая за ними. Трое незнакомых и один из клуба. У меня руки задрожали — я узнала его. Не Макс, и не хозяин, но из тех, кто держал нас с Витой в комнате без окон.

Один из них направился ко мне.

— В комнату пошла!

Я попятилась.

— Не трогайте меня, — у меня задрожал голос.

Нас разгоняли по комнатам, чтобы разобраться с Валерой и остальными парнями. Вита говорила, что их «доят». Он гнал меня обратно в комнату с балконом.

— Я вызову…

Я не закончила угрозу — он втолкнул меня в комнату.

— Телефон сюда давай! — зарычал он, силой вырвал трубку и врезал мне тыльной стороной ладони.

Просто отмахнулся, но показалось, что в меня врезался поезд.

Перед глазами потемнело, и я повалилась на кровать со сдавленным мычанием. Футболка обтянула живот, и бандит уставился на него.

— Ты че, беременная? — он резко шмыгнул носом.

Я испуганно подняла голову. В глубине скулы горела боль. Прикрыла место ладонью и ощутила влагу: он рассадил мне кожу кольцом. Голова плыла, я испуганно дышала, прислушиваясь к ощущениям в животе — даже шевельнуться боялась. Живот тянуло от страха.

Вдруг снова ударит…

— Не трогайте меня, — расхныкалась я и накрыла живот ладонью, словно это спасет. — Пожалуйста, я в положении…

— Это что за хрень? — он огляделся.

Когда я упала, вещи вывалились из рук. Вокруг валялись страницы из моего блокнота. Он подобрал несколько, грубо бросил и посмотрел на экран телефона.

— Это что за хрень? Кто это рисовал?

Я с трудом разлепила губы.

— Я, — язык еле слушался.

— Пацаны, зайдите, — крикнул он в коридор. — Шеф!

Живот ныл — я лежала в неудобном положении. Поерзала и робко села, поглаживая живот, чтобы скорее успокоился и расслабился. В лице пульсировала тупая боль, моральное состояние на нуле…

К нам вошел главарь. Я неосознанно втянула голову в плечи, меня пробрала дрожь.

Он заметил, что я обнимаю живот, затем уставился на кровавую ссадину на лице.

— Ты ее ударил? — ему это не нравилось.

— Смотрите. Говорит, она рисовала. И вот еще… — он встревоженно показал фото, где мы с Андреем вместе, затем рисунок.