Неделю-две, чтобы сориентироваться. А там всплывет Власов, станет ясно, куда грести.

На продавленную кровать в комнате набросал одеял, включил обогреватель и уложил ее.

— Не уходи, — попросила она.

— Я никуда не ухожу. Мне нужно помыться, Лен. Я три недели в лесу лежал.

На кухне он вскипятил воды.

Сейчас бы водки.

Но пить нельзя, мало ли. Вдруг рожать начнет. Расстегнул куртку, стянул футболку, и голым по пояс закурил, дожидаясь, пока нагреется вода. Побриться бы ­— лицо дико зудело, да нечем. Будут в городе, когда повезет ее к врачу, купит, что нужно.

Пора заказывать документы.

Выждет пару дней ­— займется.

Андрей вымылся над тазом. Лесной холод въелся до костей. Не замечал его, пока сидел в засаде, но горячая вода выгнала озноб из мышц. Он вымыл спутанные волосы, и наконец, ощутил себя обновленным. Можно поесть, выспаться… Андрей переоделся, проверил оружие и вышел во двор покурить перед сном.

Зябкая октябрьская ночь впервые за осень казалась приятной. Языки ветра трогали чистую футболку и влажные волосы. Даже сигаретный дым вкуснее обычного. Просто бы стоять и смотреть на луну над плетнем.

— Простынешь…

Он обернулся."

"Лена стояла, опираясь на косяк. Ладонь на животе — ей явно лучше, устала, но улыбается. Захотелось сделать для нее что-нибудь. Что угодно: пообещать благополучие, купить наряды, в городе найти квартиру, которая будет ее достойна. Не эту полуразваленную халупу. Что угодно. Быть с ней ласковым.

Он даже не понял, в чем дело, и только через пару затяжек дошло: это говорит чувство вины за то, что ей пришлось вынести.

— Голодная?

Лена покачала головой и приблизилась, глядя на него, будто он для нее примерно всё.

Андрей кривовато улыбнулся, стараясь выглядеть ободряюще. Так ее жаль…

— Иди ко мне, — неожиданно предложил он, и обнял, когда она доверчиво прильнула. — Обещаю, дальше все будет хорошо.

Андрей выдохнул в небо дым.

Он не врал — все сделает, что зависит от него.

— Отдохнем пару дней, отвезу тебя к врачу. Узнаем, кто родится. Выбирай имя.

Глава 36

Несколько минут мы рассматривали луну. Какой красивой она была... Андрей докурил.

— Идем?

Я пригрелась у него подмышкой, как цыпленок под крылом наседки. Обняла Андрея поперек груди.

Как не хотелось отпускать! Стремительное освобождение оставило ощущение сна, а дыхание и его тепло подтверждали, что все реально. Вот он, под моими руками… После того, как я отлежалась, боль в спине стихла. Не настоящие схватки. Если бы я родила в машине или прямо среди бойни, это был бы ужас.

— Когда ты пришел… — начала я, мне очень хотелось сказать, а тихая ночь этому способствовала.

А смелости не хватило.

Я видела его реакцию. Он вернулся каким-то отмороженным. Я понимаю, почему, но от этого не легче.