Девушка, как ни старайся ее скрыть или замаскировать, запаковав в висящую на ней словно какая-то хламида одежду, все равно оставалась бесподобна и пленительно прекрасна.

– М-да, – протянул я, глядя на нее, – с твоей красотой, которую, похоже, никак не спрятать от чужих глаз, могут возникнуть непредвиденные проблемы, – и немного помолчав, добавил: – Но тут, похоже, ничего не поделать. Дальше придется действовать по обстоятельствам. Все, что смогли, мы уже предприняли на этот счет.

И еще раз оглядев молодую богиню с ног до головы, при этом подивившись, как это она умудрилась так подогнать под себя одежду, что та сидела на ней словно влитая, я произнес:"

"– Ладно, с этим пока разобрались. Дальше и этот момент необходимо продумать особо. Ты богиня. И, как я понимаю, твоего истинного имени не должен знать никто. Особенно в этом мире, где вы являетесь чуть ли не самой значительной силой, которой захочет обладать любой. А потому ты его никому, никогда и ни при каких обстоятельствах не называй. Правда, и безымянной мы тебя оставить не можем. Слишком уж это будет подозрительно. Поэтому что-то необходимо придумать. Только вот нам нужна правдивая реакция на любое другое. Хоть это и демоны, но, как я говорил ранее, среди них очень много магов разума. Так что надо подумать, – и я на пару мгновений замолчал, рассматривая молодую богиню, после чего спросил у нее: – У тебя нет никакого сокращенного или другого имени, которым бы тебя называли дома? Возможно, детское прозвище, к которому ты давно привыкла?

– Нет, – отрицательно помотала головой Лисая, – ко мне всегда обращались по имени. Я и дом-то не покидала никогда особо до последнего времени, а поэтому в каком-то псевдониме у меня просто не было никакой надобности.

– Понятно, – негромко протянул я, размышляя, – так, а как тебе такое сокращение, – и помолчав, я, будто пробуя на вкус, произнес: – Лиса?

И даже еще не услышав ответа девушки, понял, что это сокращение ей не подходит. Метрическая матрица богини колыхнулась ничуть не слабее, чем в тот момент, когда я к ней обращался с ее родным именем.

– Я услышала зов, – подтверждая мои выводы, даже с некоторым удивлением посмотрела на меня Лисая, – что странно и непонятно. Такого не должно быть.

– Ладно, – махнул рукой я, – не должно, но происходит. Так же как не должно в этом мире быть и меня с тобой. Но мы здесь, – и предложил ей новый вариант, – что скажешь насчет Алиса?

Хм. Изменение всего в одну букву, но реакция несколько странная. Очень слабое колыхание даже не метрической матрицы, а именно ментального поля.

– Мне нравится, – пробуя звучание предложенного ей имени на слух, повторила его Лисая, – Алиса, – и уже обращаясь ко мне, добавила: – Есть что-то в нем привлекательного и родного.