— Но даже пойми мы сразу все, взять его смогли бы только с железными доказательствами. И нас бы все равно прокатили.

Но это было бы важно. Причины, по которым это было важно, плыли в мозгу, исчезая за плотным черным занавесом. Я не умела излить в слова, что именно считаю важным. И медленное течение уносило причины с собой навсегда. И все же эти несколько дней могли бы все изменить. Если бы я только догадалась.

— Я еще не закончила.

Достала телефон и начала перебирать список контактов.

Стив медленно перевел взгляд на меня. В его глазах читалось сомнение.

— Нам его не взять. Рассуждения Бреслина — полное дерьмо, но он прав.

— Знаю.

Он хотел еще что-то сказать, но я подняла палец и нажала кнопку вызова."

"— Льюис Краули, — с подозрением в голосе произнес козел Краули. Судя по шуму, он был в пабе.

— Привет. Это Антуанетта Конвей из Убийств. Надо поговорить. И сейчас. Вы где?

Я подбавила в голос немножко скрытого отчаяния, чтобы у этого мудака началось слюноотделение. Сработало.

— Э-э… Не уверен, что у меня есть время.

— Соглашайтесь, не пожалеете.

Говнюк, разумеется, считал, что точно знает, о чем пойдет речь, и намеревался выдавить из этого все, до капельки.

— Хорошо, — он запнулся от предвкушения, — я в «Хоргансе». Буду здесь еще полчаса. Если успеете, уделю вам пару минут.

— Прекрасно. Просто прекрасно. Я успею.

— Это Краули? — спросил Стив.

— Мне же нужно вернуть ему должок, помнишь? И у меня идея. — Я убрала телефон, поднялась, отряхнула одежду. — Пойдешь со мной? Вдруг понадобится поддержка.

Неожиданно Стив ухмыльнулся.

— А от этой идеи великий план не забуксует?

— Очень на это рассчитываю. Так идешь или нет?

Стив задвинул стул.

— Ни за что такое не пропущу.

В коридоре никого не было. В гардеробной, когда мы одевались, — тоже. Из общей комнаты доносились знакомые звуки: щелчки клавиатуры, телефонные звонки, жужжание принтера. И над всем этим плыл хорошо поставленный голос Бреслина, рассказывающего что-то чертовски смешное. Наверху в оперативной комнате С работали практиканты, маленькие трудолюбивые пчелки собирали бумаги, которые прямиком отправятся в архив. Даже приемная была пуста, Бернадетта ушла на обед или прихорашивалась в туалете. Мы покинули отдел, и никто не узнал, что нас там больше нет.

Краули сидел в «Хоргансе» за угловым столом — прихлебывал «Смитвик» и читал книгу, на обложке которой большими буквами, а как же иначе, было написано САРТР — чтобы все знали, что тут к чему. Краули прикидывался, будто не замечает нас, пока мы едва ли не взгромоздились перед ним на стол.

— Краули, — сказала я.

Он плохо изобразил удивление и отложил книгу. Стива он не ожидал, но не подал виду.

— Ах, — сказал он, протягивая руку и обворожительно улыбаясь Стиву, — детектив Моран.