— Господи, Конвей, скажи мне, что у тебя есть что-то получше, чем это. Эти записки ровным счетом ни о чем не свидетельствуют. Может, Ашлин и планировала их использовать, чтобы выкрутить мне руки, а ты и этого доказать не сможешь, но она даже не подступилась к тому, чтобы пустить их в ход. Я не догадывался о существовании снимков записок. У меня и доступа к ним не было, сама же сказала, что они были запаролены. Киберпреступления могут проверить, когда эту папку открывали, и время точно не совпадет с моими посещениями Ашлин. Эти записки — пшик, и только.

Я покачала головой:

— А какая разница, знал ты о них или нет. Ашлин могла отправить их твоей жене.

— Но она не отправила. Проверьте ее компьютер, ее принтер, рабочий принтер, к которому у нее был доступ. Готов поспорить — их никогда не распечатывали. Отправила по электронной почте? Вперед, проверьте ее ящик. И вы думаете, у Ашлин был адрес моей жены? Я что, выгляжу совсем идиотом?

— А может, она заскочила к тебе домой, когда ты был на работе.

— Она этого не делала. Отследите ее передвижения, найдите того, кто видел ее в окрестностях моего дома. Удачи.

— И твоя жена скажет то же самое?

Маккэн стремительно вскочил, перегнулся через стол и оскалился прямо мне в лицо:

— Не смей вмешивать сюда мою жену. Она ничего не знает про Ашлин, и так это должно остаться. Ты поняла?

Я подняла руки:

— Обычная процедура. Я обязана проверить все возможные направления в расследовании.

— Проверяй что хочешь. Но если пикнешь хоть слово моей жене про Ашлин, я тебе шею сверну. Уяснила?

— Вы только посмотрите, — сказала я насмешливо. — Сдается мне, что если миссус узнает о твоих похождениях, у тебя все-таки возникнут проблемы.

Маккэнн бешено раздувал ноздри, ему отчаянно хотелось мне врезать. Я смотрела на него в упор, продолжая ухмыляться, надеясь, что именно так он и поступит.

Секунду спустя он отвел глаза, упал на стул, покрутил головой.

— Если мечтаешь побеседовать с моей женой — пожалуйста. Только про мой роман не упоминайте. Даже такие придурки, как вы, способны это провернуть. Спросите ее, получала ли она анонимные письма или странные звонки. Я могу вам точно сказать, что она ответит, но если вам невтерпеж почувствовать себя звездами сезона…

— Если ты не хочешь, чтобы мы говорили с твоей миссус, дружище, то просто не заставляй нас это делать. Говори сам.

— А чем, по-твоему, я занимаюсь?

— Ну хорошо, — сказала я. — Где ты был в субботу вечером?

И снова верхняя губа дернулась в зверином оскале. Но он тут же откинулся назад, скрестил руки и рассмеялся в потолок.

— Вот теперь мы дошли до дела. Вовремя, мать вашу."

"— Где ты был?

— Вы собираетесь зачитать мне мои права?

— Если настаиваешь.