— И где ты оставлял эти записки?

— Писал на стикерах, засовывал бумажку в пластиковую бутылку и перекидывал через ограду.

— Мы не нашли никаких записок в доме.

— Я забирал их, когда приходил. Избавлялся.

— Зачем? — изумилась я.

— А ты как думаешь? Затем, что я давно уже работаю детективом, и не в моих привычках разбрасывать улики.

Безучастный взгляд, казалось, говорил: и слишком давно, чтобы такие, как вы, могли меня поймать.

— Столько мороки исключительно ради секса.

— А уж тут важно, насколько он хорош.

Снова мерзкая улыбка, но я видела, как Маккэнн использует ее на допросах, так что на меня она не подействовала.

— Почему не позвонить Ашлин или не написать? Твоего номера нет в ее телефоне.

— Потому что я не хотел, чтобы он там был.

— А почему не входить через переднюю дверь, как нормальный человек?

Он посмотрел на меня с неприязнью:

— Сама как думаешь?

— Я спрашиваю тебя. Ее что, заводило это твое «совершенно секретно»? Или тебе нравилась мысль, что она должна принимать тебя в любой момент?

— Она ничего не должна была. Я ей не начальник.

— А ты не… злился, если не заставал ее дома?

— Что ты имеешь в виду?"

"— Только то, что сказала. Ты заставлял Ашлин сидеть дома, день за днем, готовую подпрыгнуть, как только тебе вздумается потянуть за веревочку. И что произошло бы, если однажды ты бы потянул за веревочку, а она не подпрыгнула?

— Ничего. Обычно я заранее сообщал, что приду. Ну да, несколько раз заявился внезапно, но если не заставал ее, то просто разворачивался и уходил. Конец истории.

Я спросила скептически:

— Ты уверен?

— Да. Я уверен.

— Ты бы не влепил ей затрещину? Не для того чтобы причинить боль, а просто показать, что не надо с тобой шутить.

— Я в жизни не ударил ни одну женщину.

— Хм, ладно. Ты заставил Ашлин снять с телефона пароль, чтобы мог читать ее сообщения. Верно?

Его голова дернулась на какие-то доли миллиметра, но он тут же овладел собой.

— Я ничего не заставлял ее делать.

— Давай иначе. Скажем, попросил ее об этом.

— Да, попросил. Она могла послать меня. Но не послала.

— И ты их читал? Надеюсь, не из профессионального интереса. Если детектив из Убийств решил выяснить, нет ли у его подружки кого на стороне, он мог бы провернуть это более элегантно.

Маккэнн спрятал лицо за кружкой, но я заметила, что он слегка покраснел. Из всех возможных проколов его пронял именно этот: он представил себя роющимся в смс Ашлин. Он все еще цеплялся за свою любовь к ней, вот только это копание портило всю картину.

— Всего пару раз. Там не было ничего интересного, и я почувствовал себя придурком. Больше я этого не делал.

Я верила ему. Маккэнн не знал ничего о Рори вплоть до субботнего вечера. Безумный план Ашлин подстегнуть его обернулся пшиком.