— Нет, это закономерности, — взгляд Вульфрика стал строже. — Только я не пойму — закономерности чего. Сейчас я возьму тебя за руку. Мы войдём туда и просто полюбопытничаем, как жили эти люди. Ты доверяешь мне?

Я была вынуждена слабо кивнуть.

Войдя в дом, я тут же ощутила легко различимый тошнотворный запах чего-то разложившегося.

— Где тут подпол? — поинтересовался вард.

— Должен быть на кухне или в гостиной, — приподняв ворот платья, я натянула его на нас, так было проще дышать."

"Быстро осмотрев первую комнату, вард прошёлся дальше, таща меня, как на буксире.

Дверь в погреб нашлась на кухне. Присев на корточки, Вульфрик откинул её и тут же поморщился. Я же в этот момент готова была упасть в обморок. Десятки разделанных тел кучей сброшены прямо под лестницу.

Глухо застонав, я покачнулась. Мой северянин встрепенулся и вспомнил о моём присутствии. Крышка быстро и с грохотом легла на место.

— Права ты была, не нужно тебя сюда тащить. На выход, девочка. Ты отправляешься домой, — схватив меня в охапку, Вульфрик попытался выйти из кухни. Но теперь уже я желала знать, что тут творится.

— Это не местные, — выдохнула я. И хотя мой лимит стойкости был исчерпан, я упрямо не позволяла вытолкнуть меня из этого кошмарного дома.

— Почему не местные? — тихо спросил вард и всё-таки остановился, удерживая меня в объятьях.

— У нас в таком количестве никто не пропадал. Там девушки, — я запнулась, сглатывая комок в горле. — У нас всё на месте кроме Ганьи и Лестры.

Там свежие тела, так ведь?

Мне было сложно говорить, во рту стоял вязкий ком.

Вульфрик кивнул и, верно оценив моё состояние, поднял на руки. Обхватив его шею, я уткнулась в нее носом.

Дышать этим смрадным воздухом, я просто больше не могла.

Прижав меня теснее, вард обошёл помещение, осмотрел печь. Те же руны, что иу нас дома, только выполнены неаккуратно и как-то грубо. Заглянув по углам, мы двинулись дальше. Вошли в детскую. Здесь обнаружилась стопка сваленных друг на друга грязных матрасов, набитых соломой. Кое-где ткань была порвана и из неё на чёрный давно немытый пол просыпалась пересушенная трава. В хозяйской спальне запах усилился. Кровати здесь также не было. Все те же матрасы свалены в стопку.

Только один лежал посредине комнаты, застеленный простыней. На перепачканной несвежей кровью ткани, словно коркой, налипли мухи. Они копошились неприятно жужжа.

— Здесь кого-то убили, — сделал свои выводы Вульфрик.

— Нет, — хрипло шепнула я, подметя и ведра с водой, и кучу тряпья в углу комнаты, — здесь кто-то рожал.

— Рожал?! — в голосе варда скользнуло удивление.

— Да, только рун обережных на полу не видно. Мама, бывало, роды принимала, она всегда чертила их вокруг женщины.