Сделав привычный крюк, я полезла проверять силки на птиц. Забравшись на толстую ветку, глянула вниз. Краем глаза уловила легкое движения. Я была готова поклясться, что это тень, но странная, белая. И двигалась, будто живая. Замерев истуканом, даже не дышала.

Глава 7

Тени никогда не подходили близко, но они всегда были предвестниками появлению мертвых."

"Неупокоенные вечно голодные твари рыскали в поисках живого. Что странно никогда не трогали зверье. Словно неразумные их не интересовали. Я много раз находила в петлях зайцев, а рядом с ними все было истоптано босыми ногами.

Живые без ботинок в лес не пойдут и добычу даже чужую не оставят.

Снова послышался легкий шелест, будто ветер гнал листву. Только вот погода стояла спокойная. Полное безветрие. Сглотнув, я встала на ноги и потянулась выше. В силках я нашла крупную птицу. Вот это удача. Птаха была уже мертва, но еще теплая.

Не слезая с толстой ветви и поглядывая вниз, я привязала к ее лапкам веревку.

Обмотала тушку тканью и задумчиво посмотрела на подножие дерева, туда, где оставила свою корзину. Нет, птицу в нее не воткнешь, там уже крапива лежит. Трава ценная полезная.

Эмбер будет ей рада.

Какой-то неясный холодок прошелся по спине. На мгновение кольнуло в сердце.

Моргнув, я сбросила наваждение. Что-то было не так. Лес изменился.

Покачав головой, я попробовала закрепить свою добычу на тонком пояске платья, но он не выдерживал тяжести. Действовать нужно было быстрее. Внутренний голос, некий инстинкт, подгонял меня и буквально вопил пошевеливаться и убираться отсюда подальше. Делать было нечего, я завязала веревку на запястье, зато точно не потеряю добычу, хотя и неудобно.

Слезала с дерева медленно, у меня осталась непроверенной еще одна петля, но внутри все замирало от предчувствия.

Нужно было решать: заходить в лес дальше или поворачивать и идти домой. И я почти развернулась, но мысль, что там может быть заяц, что упущу столько мяса, остановила.

Дело получаса. Нужно идти и не вестись на поводу у страха.

Сделав пару шагов вперед, замерла.

Поджилки затряслись. Сердце кололо, ладони потом покрылись.

Да, ну, его этого зайца! Да, ну эти петли и мясо. Птица есть — уже не пустые руки.

Впереди я отчетливо различила тени. Серые, колышущиеся словно на ветру.

Молча развернувшись, я со всех ног рванула вперед. Так близко я еще никогда их не видела.

«Томмали, — долетел до меня шелест, — спасайся, милая».

С выпученными глазами, я неслась словно загнанный заяц.

«Томма, доченька, не останавливайся, — шептал кто-то совсем рядом голосом мамы, — беги, что есть силы. Беги вперед и не оборачивайся».

Мама! Сама не заметив, я побежала медленнее. Мама! Там моя мама. Я уже не помнила ее лица, образ стирался из памяти, но голос. Эта была она. Моя мама!

«Томма.