Но никого — ни единого человека! Запри там всех до выяснения, законопать, как в бочке.

— Есть! Сделаю…

Пошла работа — разошлись, разбежались людишки по окрестностям, полезли на чердаки ближайших домов, встали к слуховым окнам с биноклями наблюдатели, вежливо вломились в чужие квартиры милиционеры, попросили чаю попить на кухне, за бандитами присмотреть, сели перед раскрытыми окнами…

Прибежала толпа беременных дамочек, штук пять, прошмыгнули в консультацию. Еле-еле успели, потому как вслед им подкатила к крыльцу аварийка из ближайшего ЖЭКа, из которой выскочили бравого вида слесари со сварочным аппаратом.

Подтащили, растянули кабели, воткнули электроды и стали чего-то к чему-то приваривать, разбрызгивая во все стороны искры.

— Вы чего это, нам дверь открыть. Нам выйти надо.

— Погодите маленько, тут углы перекосило.

И точно — перекосило, не открывается дверь.

— Долго вы там еще?

— Да сейчас, сейчас.

И синяя дуга в глаза и искры снопами.

— Вы бы, гражданочки, отошли подале, а то, не ровен час, одежду пожжете! — И матом, матом, чтобы все натуральней выглядело: — Ты как укосину держишь, сын своей мамы? Вправо ее, собаку, тяни, не видишь, куда дверь повело? Тяни, жми ее, толкай родимую! Нава-лись!

Навалились! Только хуже стало.

Совсем дверь не открывается. Всегда у нас так — покуда ремонтировать не стали, еще туда-сюда, а как взялись улучшать — пиши пропало!

А где же дамочки с животами, которые в дверь прошмыгнули? Строем. В очередь в регистратуру встали? Ан нет — разбежались по зданию, по этажам, суются в каждую дверь, бумажками трясут, какого-то доктора ищут.

— Не видали такого? А там его нет? А там? — Настойчивые дамочки, в каждый угол лезут, каждую физиономию на заметку берут, каждую дверь незакрытую отмечают.

 — Доктора не видели? Не проходил здесь? Лысый такой?

Нет доктора. А ведь нет!.. Нигде нет!.. Доложили по команде:

— «Объект» потерян.

Как потерян? Куда он мог с этой подводной лодки деться? А что на мониторе? На мониторе всё хорошо. Вот она точка — замерла как пришпиленная. А голоса? Звучат. Голоса, точно, мужские. Не очень громкие, но если вслушаться:

— Как всё прошло?

— Могло быть хуже…

Что за ерунда? Голоса — да, есть, но звучат как-то… Как-то очень правильно… По-казенному.

И дикция… И точка, точка на одном месте стоит. Может, он, конечно, в креслице сел или на кушеточку прилег и отдыхает от трудов неправедных? Тогда, конечно.

Голоса:

— Я думаю, нужно менять пароли.

— Уверен, они сидят у нас на хвосте.

— Чего?! А ну, дай запись еще раз. Дай! С самого начала. Ах ты!..Ах ты!!! Сука он, сука! Идиоты!

— Кто?

— Он — сука! А мы с тобой идиоты! Ты и я! Нет там никого!"

"— Но как же, а голоса? Там говорит кто-то.

— Кто-то? Я тебе скажу, кто там говорит.