— Пока здесь вертелась карусель, Ортега успел поставить на уши весь Темный Двор, и, как только стало возможно, мы набросили морок и открыли порталы. Здесь полно гарок и наших врачей.

— Как вы себя чувствуете, Кортес? — Сантьяга, бледный, но вполне уверенно двигающийся, подошел к наемнику.

— Рваная рана, — сообщил эрлиец. — Серьезно повреждены сухожилия и вены. Завтра утром останется только шрам, а послезавтра — вообще никаких следов.

— Вот и замечательно, — усмехнулся нав.

— Помогите Яне, — попросил наемник.

— Обязательно, — кивнул Сантьяга. — Благодарю за лордов, Кортес. — Комиссар огляделся. — А где Hyp?

— Валялся здесь, — забеспокоился эрлиец.

— Он не дышал, — буркнул наемник. — Я не слышал его дыхания.

— Перед тем, как мы навели морок, на вас обратили внимание челы, — припомнил Ляпсус.

— Может…

— Ортега! — Помощник вырос около комиссара. — Обыскать все вокруг! Все кареты «Скорой помощи», которые уезжали в последние минуты! Скорее!

— Он дышит! — Врач ошарашенно моргнул. — Боже мой, сплошные чудеса! Он дышит!!

Карлик открыл глаза.

— Вы меня слышите?

Врач, склонившийся над носилками в салоне медицинского микроавтобуса, не удивился бы ничему: пациент, у которого только что не прощупывался пульс, мог запеть, заговорить по-французски, без запинки изложить свои паспортные данные или попросить сигарету. После чудесного воскрешения врач мог ждать чего угодно. Но только не этого.

Мощные, мускулистые руки ловко обхватили шею доктора и одним коротким рывком сломали позвонки. Hyp отшвырнул труп, сосредоточился, громадным, невероятным напряжением собрал последние силы и провалился в наведенный портал.

Примерно через десять секунд «Скорую помощь» остановили гарки.

Даже дополнительный укол «Стима» не намного улучшил самочувствие Яны. Золотой Корень, источник гиперборейской мощи, послушно наполнил организм сладостной, звенящей дрожью, но не смыл следы яростной атаки святого. Измученные клетки требовали полноценного отдыха, но пока о нем приходилось лишь мечтать.

— Соберись!"

"Яна резко вздохнула и толкнула дверь на крышу.

И едва увернулась от мягкого, но сильного удара огромной кошачьей лапы.

«Неласково! — Несмотря на проявленную девушкой ловкость, три длинных когтя дотянулись и прочертили на бедре гиперборейской ведьмы неглубокие раны. — Совсем неласково!»

Первый удар кошка нанесла машинально, неожиданно столкнувшись с врагом нос к носу, но немедленно совершила следующий выпад: резко оттолкнувшись задними лапами и собираясь врезать Яне передними, сразу с двух сторон.

— Брысь!

Блестящее лезвие «Орлиного шеста» с легким хрустом рассекло грудь пушистой твари.