Несколько секунд Чио внимательно смотрела на Андрея, затем — на засохшую на щеке Марка кровь, на его опухшую губу и заплывший глаз, затем — снова на Андрея и, так и не проронив ни слова, неспешно поднялась с кресла.

— Господь учит нас быть милостивыми к заблудшим. Не каждый в наш греховный век способен сразу открыть Ему свою душу. Люди ушли с пути истинной веры, люди помнят лжепророков, и им трудно найти нужную дорогу…

— Ты все понимаешь, матушка, ты все понимаешь! — Обнадеженный Марк рухнул на колени и попытался поцеловать руку игуменьи. — Твоими устами говорит Бог.

— Вряд ли Ему есть дело до бесчестного шпиона, — негромко буркнул Петр.

— А еще Он учит нас сдерживать гнев и гордыню.

Матушка в упор посмотрела на Андрея. Тот не отвел взгляд.

— «Лопата Его в руке Его, и Он очистит гумно Свое, и соберет пшеницу Свою в житницу, а солому сожжет огнем неугасимым»,[3] — проронил юноша.

— Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут, — выдержав небольшую паузу, откликнулась Чио. И очень-очень тихо, так, что расслышал только Андрей, напомнила: — Я ожидала, что Марк сдастся, и приказала не трогать его.

— Он сопротивлялся, — в тон матушке отозвался маг.

— Это ложь. — И снова непрошибаемая восточная бесстрастность. Невозможно было понять, волнует ли игуменью подобное, или она просто констатировала факт.

— Я сказал. — Андрей передернул плечами."

"— Хорошо. — Чио невозмутимо кивнула и, подождав несколько секунд, именно столько времени потребовалось Андрею, чтобы догадаться распахнуть перед игуменьей дверь, вышла из кабинета.

Деревянные ложки дружно ерзали по деревянным мискам, соскребая со стенок перловую кашу: младшие послушники, прочитав короткую молитву, чинно завтракали, изредка обмениваясь короткими фразами. Большинство из них появились в ските позже Нины, и лишь четверо — значительно раньше, и до сих пор истово работали, надеясь увидеть знак.

«Увижу ли я его?» Девушка отогнала малодушную мысль и отломила себе еще хлеба.

— Слышала? — Пухленькая Галя, до того молча поглощающая еду, придвинулась ближе и зашептала: — Проповедники предателя поймали.

— Как предателя? — Нина ошеломленно посмотрела на подругу. В первый момент она даже не поняла, о чем идет речь: предателя? — Какого предателя?

— Известное дело, какого, — буркнула Галя. — Настоящего предателя. Иуду. Господа нашего не чтит, истинной веры не знает, а только и думает, чтобы церковь со света сжить да призвать Антихриста. — Галя перекрестилась. — Одно слово — фарисей.

— А как же он здесь оказался?

— Проник, — затараторила Галя. — Послушником прикинулся, в доверие, значит, хотел втереться, разведать все, да только не получилось: прознали про него проповедники. А он, как почуял угрозу, в тайгу подался, наши его всю ночь ловили.