Я мог поклясться, что в паре мест ручей проложил свое русло по склонам холмов, и вода спокойно бежала вверх по склонам и, не меняя скорости течения, сбегала вниз. Такое наплевательство на законы природы заставляло напрягаться в ожидании какой-нибудь пакости от необычного ручья, и когда его русло под резким углом ушло на северо-запад, мы все облегченно вздохнули. Все спокойней будет — в моей памяти все еще свежи воспоминания об огромной земляной воронке, равнодушно перемалывающей все вокруг. Сейчас ничего не произошло, но, возможно, ручей никак не отреагировал на нас из-за покрывающей его толстой корки льда.

Кто знает?

К ночи стало ясно, что гномы выдохлись — там, где мы делали один шаг, им приходилось делать два, а то и три шажка своими короткими конечностями, и энергии они тратили в два раза больше. Тем более что коротышкам приходилось пробираться через глубокий снег. Когда один из гномов молча осел на землю и больше не поднялся, я понял, что пора остановиться. Надо хоть немного отдохнуть — если сейчас мы наткнемся на патруль шурдов, то не сможем оказать достойного сопротивления ввиду полного истощения сил.

Больше всего я боялся именно такого развития событий. Поэтому, едва мы спустились в широкий овраг, я остановил еле плетущуюся колонну и распорядился разбить стоянку для ночлега. Стены оврага скроют пламя костров и защитят от холодного ночного ветра.

Члены отряда занялись обустройством временного лагеря и обустройством гномят, я же при свете костра изучил карту и приблизительно определил наше местоположение. Из-за гномов мы сильно отклонились к северу и теперь шли по не хоженным ранее местам. Незнакомая местность всегда таит в себе угрозу и большой шанс встретиться с неприятностями, особенно в Диких Землях.

С большим облегчением я убедился, что ни на одной из моих карт нет красных отметок, свидетельствующих об опасности. Опять-же, картам полностью доверять нельзя — одна другой противоречит.

До Подковы оставалось еще два дня пути, если, конечно, скорость передвижения не замедлится еще больше.

Эту ночь мы спали беспробудным сном — естественно, за исключением часовых. К гномам у меня доверия пока не было, и я решил поставить смешанные смены — на два гнома по одному моему охотнику.

Ночь прошла спокойно, и нас никто не потревожил, лишь с востока несколько раз доносился многоголосый волчий вой, но и он утих к рассвету.

Когда я проснулся, часовые уже успели позаботиться о завтраке и вновь наполнили овсом лошадиные торбы из изрядно похудевших мешков. Наскоро перекусив и залив скудный завтрак кружкой горячего травяного отвара, мы продолжили путь.

Вновь перед нами стелились, казалось, бескрайний еловый лес и заснеженные холмы.