Вещи старика ни на йоту не приоткрыли завесу таинственности над личностью Ситаса Ван Мерти. У меня даже нет уверенности, что он назвал свое настоящее имя. Я вытряхнул на столешницу содержимое кошелька — может, среди монет затерялся перстень с печаткой? Ничего, кроме тускло поблескивающих золотых монет с редкими вкраплениями серебра. Да твою же так…

— Не нашел ничего интересного? — сочувственно прозвенел такой знакомый голос.

— Не нашел, — спокойно ответил я, поворачиваясь на голос. Ну надо же. Баронесса Алларисса Ван Ферсис собственной персоной. С того памятного разговора под дождем я больше не видел ее — события закрутились в сумасшедшем темпе, и стало не до разговоров. Огромный сингерис крутился неподалеку, с интересом обнюхивая мертвых ниргалов и не обращая на нас внимания.

Под моим взглядом девушка смущенно улыбнулась и, поправив спадающую на лицо прядь волос, сказала:

— Рикар сообщил, что ты хотел принести мне свои искренние извинения за ту абсолютно не заслуженную мною вспышку ярости.

— Что? Я лишь сказал ему, что хочу поговорить с тобой! — поразился я, повернулся к напряженно наблюдающему за нами здоровяку и крикнул: — Рикар! А ну подойди сюда!

— Нет. Он так и сказал, что ты хочешь поговорить со мной, — поспешила исправиться Аля и невинно добавила: — Но ведь мы понимаем твои истинные намерения.

— Наглости тебе не занимать, — усмехнулся я и дал отмашку Рикару. — Хотя я признаю, что немного погорячился.

— Немного погорячился? — возмутилась девушка. — Ты публично оскорбил моего отца!

— Равно как и ты меня!

— В любом случае, я признаю, что обязана тебе своей жизнью и жизнью моих людей. Клянусь, что род Ван Ферсис не забудет этой услуги!

— Услуги? Я к вам в слуги не нанимался. И поверь, будь там только крестьянские дети, я бы также сделал все возможное, чтобы доставить их в безопасное место!

— Возможно, я неправильно выразилась, — поправилась Аля. — Я хотела сказать, что мой род находится у тебя в долгу. Мой дед хорошо отблагодарит тебя за спасение своей внучки! Ты получишь столько золота и драгоценных камней, сколько сможешь унести!

— А-а-а. Другое дело, — обрадовался я и, нарочито громко шмыгнув носом, утерся рукавом. — Если он подарит мне пяток свиней, то мы в расчете.

— Что… Ты считаешь, что я равноценна стоимости свиньи? — взбешенно зашипела девчонка, сузив зеленые глаза и топнув ногой. — Да как ты…

— …смеешь, — закончил я за нее и продолжил: — Алларисса, хватит! Вообще-то я говорил о пяти свиньях. Давай условимся так — либо мы сейчас поговорим начистоту и прямо, без всяких высокородных кривляний, либо… либо иди и занимайся тем, чем занималась, и просто постараемся не замечать друг друга.