— Двести! У нас всем места не хватит!

Я не успела ответить, как в глубине чайной раздалось «Магианна, Мрак тебя… ой, в смысле, где вас демоны нося… эээ… Леди Сайрен, можно вас на… минуточку!». И я поспешила к уважаемому мастеру кондитеру, который ожидал меня у входа с самым суровым выражением лица.

— Уважаемая, — вконец нахмурился мужчина, — вы где, простите за выражение, шляетесь, в оплаченное работодателем время?

Я оторопела.

— Ваша задача, — продолжил мастер Мелоуин, — стоять вот здесь, — он указал рукой, где именно, — и озарять самой радушной из улыбок каждого входящего.

Каждого, леди Сайрен, и коли уж взялись за эту работу, так выполняйте достойно. Стоять, гостеприимно улыбаться! Вы все поняли?

Неуверенно кивнула.

— Улыбка! — приказал мастер.

Нервно улыбнулась.

— Ну кто так улыбается?! — всплеснул руками он. — Так высокопоставленному поклоннику дают понять, что и без него проблем хватает. Вы радостно улыбнитесь, Найрина. Как вот господину Герману улыбаетесь, или же Алеху с Сэмом… — вдруг, с самой лукавой усмешкой, произнес: — О, лорд Эллохар пожаловал!

Я стремительно обернулась, а там… никого.

— Не, вот так улыбаться не нужно, — господин Мелоуин тяжело вздохнул. — Давайте лучше как для Алеха.

Я гневно взглянула на нашего консультанта, но тот, фыркнул из-под бороды, и миролюбиво заметил: — Дело прежде всего, леди Сайрен, окромя этого должен же я получить моральную компенсацию за потраченное время, а вытянувшиеся рожи ваших конкурентов самое приятное зрелище в мире. За работу, дорогая моя, и не забывайте — клиент, любой клиент, должен вызывать у вас улыбку. Мгновенно.

И он уже собрался уходить, как вдруг развернулся и произнес:

— Набор фраз, леди Сайрен: «Мы рады вас видеть», «Приятного вечера», «Вы прекрасно выглядите», «Мы очень вас ждали», остальное расскажу после, запишите под диктовку и выучите.

До открытия две минуты, тренируйте улыбку!

Я улыбнулась. Скорее вымученно, чем радостно. Мужчина покивал, почесал бороду, демонстративно махнул на меня рукой и ушел. Не знаю, где господин Эллохар нашел этого человека, но в одном я точно убеждена — уважаемый мастер-кондитер баснословно богат. Иначе просто и быть не может, учитывая его подход к делам.

И вдруг что-то произошло. Со мной.

Закружилась голова, я пошатнулась и, несомненно, упала бы, не окажись поблизости Герман.

— Найри, — младший Шилли придержал за плечи, — Найриша?

Перед глазами все плыло, мелькали образы, видения, события из недавнего и далекого прошлого… Мой дом, объятый пламенем… улыбка мамы, ее нежный поцелуй в кончик носа, последний поцелуй… я, крепко-накрепко обнимающая маму и ее тихое «Отпусти…» Отец, потрепавший по волосам и взявший маму за руку, чтобы увести в ночь…

Навсегда.