— Дракон размером с лошадь? — скептически вопросила я.

— Это образное выражение, — прорычал вдруг господин Эллохар. — Здесь автором использовалась метафора, способствующая демонстрации того, что воин возвысился над убитым врагом, потому как оказался сильнее.

— На счет сильнее, я бы поспорила, — невольно улыбнулась мужчине. — Ну, господин Эллохар, как вы себе это представляете: человек сильнее дракона? Вы драконов видели? Это три-четыре человеческих роста и огромная масса мышц.

Нервно схватив чашку, лорд махом допил чай, швырнул фарфоровое изделие на стол, и прошипел:

— Это — метафора. Что касается силы — леди Сайрен, ну о какой силе может идти речь там, где есть победитель и побежденный? В такой ситуации априори сильнее тот, на чьей стороне победа. Читайте дальше!

Вздрогнув от его приказного тона, я послушно прочла:

«— О, мой прекрасный воин, — воскликнула юная Иллитиэль, — о светоч чистоты и света!»

Я рассмеялась. Наткнулась на взгляд господина Эллохара и вмиг умолкла, а после сочла необходимым объяснить свою реакцию:

— Воин только что сражался с драконом, и, судя по замыслу автора, даже победил, а для этого требуется перерезать артерию рептилии, следовательно, как минимум воин сейчас полностью в крови, как максимум он еще и в пыли и грязи, так как драконы дорого продают свою жизнь и…

— Найришшшшшша, — перебил меня господин Эллохар, — читай!

Осторожно отодвинулась от взбешенного мужчины, и вернулась к чтению:

«Как тонконогая лань устремилась юная Иллитиэль к спасителю и подарила поцелуй, исполненный искренней благодарности. И воин…».

— Достаточно, — прервал чтение лорд.

Отобрал у меня книгу, взял другую, открыл там, где была закладка, достал карандаш и, подчеркнув две строчки, протянул мне.

— Читай исключительно помеченное, Найриша, не зли меня, — с нескрываемым глухим раздражением, потребовал господин Эллохар.

На сей раз мне достался древний текст, где подчеркнутой было одно единственное замысловатое предложение:

«И прекраснейшая из дев, диво солнца и семи лун, чье сердце рвалось от скорби и печали, припала к устам отходящего в мир Тьмы воина, что спас ее из лап проклятого небом дракона и чудовища, и одарила умирающего исполненным благодарности лобызанием».

— Одного не поняла, — завершив чтение, произнесла я, — из лап дракона или чудовища?

У меня молча отобрали книгу, после чего открыли другую, подчеркнули, и протянули мне.

«Одарила благодарственным поцелуем» — послушно прочла.

После было:

«Поцеловала, искренне и нежно, вложив в прикосновение всю признательность за спасение».

«Страстно поцеловала спасителя».

«Спаситель был одарен благодарственным лобызанием».

«Припала к его устам, в знак благодарности».

«Облобызала спасителя».