Но мужчина даже не пошевелился, внимательно глядя мне в глаза. И в этом взгляде, жестком, непримиримом, читалась решимость получить ответ на свой вопрос. Уперевшись ладонями в его плечи и пытаясь вырваться, я зло ответила:

— Мне ничего не известно, господин Эллохар! Пустите!

Он продолжал держать, сжав зубы, едва я обратилась к нему столь официально. Но и он перешел рамки дозволенного, усадив меня так, как распутную женщину! И конечно, я виновна в этом сама — леди не позволительно сидеть ночью с мужчиной наедине, но все же… Да, я виновата сама, и ладони бессильно скользнули вниз, а я перестала сопротивляться.

Затем, закрыв глаза и стараясь не расплакаться, тихо ответила.

— Я ничего не знаю, господин Эллохар. И не знала. Я семь месяцев делала все, чтобы найти Нирана. Я побывала у самых известных магов, я растратила все семейное состояние, все наследство на его поиски… и не нашла. Совсем недавно Алех Шилли рассказал о том, что в Сарде маги пропадают уже достаточно давно, он это отметил по снижению продаж в хлебной лавке, которая располагалась рядом с нашей академией.

Теперь ваши слова… И мне вспомнился конфликт магианны Соер с руководителей практики архимагом Габором, сделать выводы было не сложно. А теперь отпустите меня, пожалуйста.

Но вместо того, чтобы последовать моей просьбе, господин Эллохар вдруг сказал:

— Не хочу.

— И Что?!

— Не хо-чу, — четко и по слогам произнес мужчина. — И называй меня Рэн, пожалуйста.

Не зная, что и думать далее, не понимая его в принципе, я тихо призналась:

— Мне неловко находиться в такой позе, Даррэн. Отпустите меня, пожалуйста.

Несколько секунд напряженного молчания и мужчина разжал руки.

Я соскользнула с его колен, встала, а вот садиться с ним рядом уже не хотелось. Очарование ночи, то спокойствие и надежности уже исчезли. Нет, я не боялась господина Эллохара — вернувшаяся ко мне магия позволяла уже никого не бояться, но менее всего мне хотелось причинить ему вред, даже если придется.

— Все равно не хочу, — вдруг произнес мужчина, и я вскрикнула от неожиданности, когда он схватил меня и вновь усадил к себе на колени, сжав в объятиях столь собственнически, что меня в первый момент вовсе не удивило вырвавшееся, словно из глубин его диафрагмы хриплое: — Моя.

Но спустя это мгновение я возмущенно воскликнула:

— Господин Эллохар.

— Мм? — весело отозвался он.

— Отпустите!

— Нет, — последовал невозмутимый ответ, а затем загадочно-протяжное:- Найриша, прелесть моя, о чем вы думали, называя меня по имени, м?

В моей душе поселилось странное, нехорошее предчувствие и ощущение чего-то непоправимого.

— Господин Эллохар, — начала было я.