Золотые глаза медленно обвели сжавшихся при его появлении магов, остановились на высоком молодом человеке, с засаленными некогда темными волосами, запавшими глазами, плечами, все еще сохранившими стать и выправку свойственную боевым магам, и трясущимися ладонями.

Улыбка коснулась четко очерченных губ дроу, нехорошая, предвкушающая улыбка.

Тахир недолго лежал в одиночестве — не прошло и получаса, как дверь тихо открылась, впуская Золотого жреца и запах крови, вкус смерти с оттенком боли. Демон с трудом сдержал желание вдохнуть поглубже и продолжил изображать сон, но…

— Ты не спишь, — Таэлран стянул с себя мантию, отшвырнул ее в сторону и полуобнаженный растянулся на кровати, обняв сжавшуюся девушку.

 — Покажи, кто еще обижал тебя?

«И ты убьешь каждого, — внезапно понял демон».

— Да, — дроу наклонился и коснулся светлых волос губами, — я убью каждого, с наслаждением.

С невероятным трудом демон заставил себя более ни о чем не думать, хотя… внезапно захотелось пожаловаться на главу клана, который в прошлом году оторвал у него руку, и ходил ею почесывал спину, у всех на глазах.

Руку было жаль, но еще более жаль браслета, оставшегося на отобранной конечности. Потому что рука выросла, а браслет…

— Извини, не понял, — Таэлран развернул магианну к себе лицом, всмотрелся в перепуганные глаза, — какой браслет? Рука?

«Мрак!» — выругался демон и стремительно подкорректировал ощущения.

Нечто похожее мгновенно всплыло из впитанной им памяти девушки — городская лечебница, маленькая девочка, с трудом вырывающая у жизни каждый новый вздох, магия, оказавшаяся неспособной помочь ведьмочке, чья аура пропускала всю магию через себя не позволяя ей затронуть в организме что-либо, операция, на которую решились целители, понимая, что шансов практически нет.

И браслет, подаренный на четырнадцатилетние, красивый, с золотисто-зелеными камнями и изящным плетением. Наирина Сайрен не задумываясь, отдала его девочке, чтобы отвлечь от приготовлений и того жутко вонючего дезинфицирующего раствора, которым в операционной мазали шею ведьмочки. Не спасли…

Тахир невольно сжался от той боли, что испытала магианна в момент, когда девочку накрывали простынею, Золотой жрец невольно обнял крепче, словно пытался забрать часть боли себе и в очередной раз поразился своим эмоциям.

— Тебе больше не будет больно, — тихо произнес он.

«Надо было родится женщиной, — грустно подумал демон»."

"— Посмотри на меня, — Таэлран прикоснулся к подбородку девушки, вынуждая ее повернуть голову, — загляни мне в глаза. Что ты видишь там?

И демон содрогнулся.