А вот майка Тони для Розы великовата, всё время норовит сбежать с худеньких плеч. И она её поправляет время от времени.

Беру две скакалки, одну протягиваю Цветочку.

— Я не умею…

— А в детстве ты чем занималась?

— Велосипед, ролики…

— Это не сложно — крути и прыгай. Вот так, — отхожу в сторону, чтобы её не задеть и показываю.

У неё получается коряво, скакалка всё время путается в ногах. Спотыкается, начинает заново, но не получается.

— Зачем это? — хныкает, останавливаясь.

— Для разогрева.

— Я уже разогрелась!

— А суставы твоих кистей нет. Не видела, что ли фильмы про боксёров?

— Я такое не смотрю…

— Ладно… Вашим языком… Песню "" Shape of you"" знаешь?

— Ну… То есть мы будем проделывать всё, что делали они?

— Угу, — согласно киваю.

— Только костюм сумоиста не надевай, — смеётся, глядя искоса.

— Хорошо. И ещё… — подхожу к ней и снимаю с неё цепочку.

Отвлекает, пиздец! Я глаз отвести не могу от того, как она подпрыгивает на её груди. Сосредоточиться не получается ни на чём другом. Убираю себе в карман под молнию.

Роза смотрит расфокусированно.

Да я сам от одного прикосновения к тебе словно удар в голову пропустил. Такая сейчас пьянящая с этой, снова убежавшей, лямкой майки. Поправляю.

— Давай, пробуй ещё раз.

Она старается, правда старается, но выходит не очень. Я давлю смех каждый раз, когда она сбивается и ругается шёпотом. Мокрая вся от упорства, пыхтит, но делает.

— Ладно. Научишься ещё, — забираю у неё скакалку.

Помогаю ей надеть перчатки с открытыми пальцами. Смотрит на меня внимательно, пока затягиваю липучки.

— Что?

— Ничего. У тебя шрам над бровью, — проводит легонько пальчиком.

— В детстве упал на лестнице и разбил. Швы накладывали.

По этому почти незаметному шраму нас с Дэном и различали. Если рядом поставить, то разница, конечно, заметна, она на лицах написана, но по отдельности нас путают всегда.

— Ты правша или левша?

— Правша…

— Тогда становись вот так, — разворачиваю спиной к себе и ставлю в позу. — Расслабься, — чувствую её напряжение. — Я буду на время твоим костюмом, чтобы показать, как правильно бить.

— То есть — ты будешь ко мне прижиматься? — вздрагивает, глубоко вздохнув.

— Да, буду. Но так надо.

— Ладно… Окей…

— Запомни, удар должен быть неожиданно быстрым, и ты должна максимально вложить в него все доступные силы, — беру за руки и показываю, как надо бить.

— А если их нет?

— Есть. Просто выпусти наружу своего зверя.

— Там трусливый заяц…

— А я вижу львицу, которая почему-то прикидывается беспомощной. Ты не такая, Роза! В тебе полно энергии, которая может человека задавить. Просто откройся, а не зажимайся.

— Выпустить львицу из клетки? — появляется в глазах решительность.

— Да. Пусть погуляет, пока мы вдвоём. Представь, что эта груша — твой муж.