Я с недоумением рассматривала выбранный ею фасон. Ничего особенного! Под горло, рукава зауженные, длинные, платье свободного кроя, и даже ноги скрыты будут. Единственное достоинство – материал. Тяжелый шелк с приятным отливом. Но я чего-то большего ожидала. Это шутка? Сюда только паранджи не хватает.

– Не кривись, это ты со спины его не видела. Давай быстренько раздевайся! Держи, наденешь вот эти бесшовные трусики и выходи ко мне, я помогу платье надеть. – Она всунула мне телесного цвета белье и стала настойчиво подталкивать в сторону ванной комнаты, ворча: – Катя, ну давай же! Сейчас Арман приедет, и я хочу, чтобы он тебя в образе целиком увидел.

Да и мне еще успеть переодеться надо.

Мне ничего не оставалось, как подчиниться.

«Ладно, померяю, чтобы ее не обидеть, а когда она уйдет собираться, выберу в гардеробе платье на свой вкус. Всегда можно сказать, что Арман настоял надеть именно это», – решила я.

Успокоив так себя, разделась, натянула на себя выданное белье и вышла к ней, завернувшись в полотенце.

– Мне не до твоих прелестей, я по мальчикам. Стаскивай с себя эту тряпку! – закатила она глаза, комментируя мой приступ стыдливости.

Взяв платье, подошла, приказывая:

– Давай, поднимай руки.

Я успела заметить, что сзади спина открыта почти до талии.

– Так, а теперь туфли, – поправив ткань на плечах, сказала Мари-Энн.

Лишь после того, как я встала на каблуки, она позволила мне подойти к зеркалу.

Ну что сказать… Это платье я точно не мерила, иначе бы запомнила необычный крой. Оно сидело свободно, но стоило сделать шаг, как шелк обрисовывал длину ног, бедра. А вот сзади… Я даже изогнулась, чтобы посмотреть.

Спина открыта, вырез сужается буквой V к талии, но нет четкой линии, края свободны и играют при движении. Я покрутилась перед зеркалом, чувствуя восторг оттого, что при всей простоте платья выгляжу элегантно и при этом безумно сексуально.

– Я знала, что тебе понравится, – довольно произнесла Мари-Энн.

– А если дополнить вот этим? – спросила я, подбежав к туалетному столику и доставая подаренную подвеску.

– Можно, – одобрила она.

С улицы донеслись звуки подъехавших машин, и Мари-Энн засобиралась:

– Так, наслаждайся вытянувшимся лицом шефа, а я с чувством выполненного долга могу теперь идти к себе.

Он сейчас тоже переодеваться будет, надеюсь, у вас обойдется без глупостей. Но помни, я тебя прибью, если помнешь платье! Лучше сама сразу раздевайся, – подмигнула она и скрылась за дверью.

Я повернулась опять к зеркалу, изучая себя. Интересно, меня в таком виде наши с работы узнают? Но больше всего испытывала нетерпение, думая, как отреагирует Максим. Чисто по-женски мне хотелось увидеть в его глазах восхищение.