Мне не хочется жалеть о случившемся, но горечь, страх, мысли о том, что Джаред отстранится после близости со мной, неизбежен.

В любую секунду я жду от него подвоха, грубости, и того, что он снова заставит танцевать меня на стеклах.

Второго раза я не выдержу.

После такого… после того, что сейчас случилось, я вообще не хочу с ним расставаться.

Глава 10

Запомни, как бы тебе не было больно, ты всегда должна ступать так, словно идешь босиком по шелку.

Эльчин Сафарли ""Мне тебя обещали""Джаред

Не хочу впускать реальность в свои мысли, продолжая плыть на волнах пульсирующего удовольствия.

Пусть разум подождет. Мне хочется продлить мгновение, остановить время. Остаться здесь еще немного, спрятавшись от мира за запотевшими стеклами."

"Она держится за меня так отчаянно, так крепко, впиваясь ногтями в спину. Ее взгляд говорит так много, кричит, проникая глубже, заставляя слушать. Закрывая глаза прижимаюсь лбом к ее щеке, успокаивая дыхание. Ошибаешься, melegim…

И мне больно признавать, что все испытанное нами – ненастоящее. Если сейчас я отдам Мэл ее документы, билет на самолет и пожелаю удачи – она уйдет, не обернувшись.

И сможет жить дальше, улыбаться миру, любить других мужчин. Не меня. Я останусь тяжелым воспоминанием, безумным, ночным кошмаром, наваждением. Сейчас она нуждается во мне, в острых ощущениях, ища смысл, оправдывая, придумывая чувства, которых быть не должно, но потом, спустя время, Мэл будет стыдиться, захочет забыть, стереть из памяти. Я не оправдываюсь, не сожалею. Я заслужил, но никогда не буду другим. Даже для нее. Особенно для нее. Я хочу, чтобы она приняла меня таким, какой я есть. Сейчас и тогда… в спальне, когда грозовые вспышки освещали ее кровавый танец. Желание держать ее пульс в руках, спасать и разрушать, ставить на колени и возвышать в ранг богини, никогда не позволит мне совершать разумные поступки.

– Enti gzaiee[38], – произношу, я, проводя губами по влажной, солоноватой коже Мэл.

Приподнимаюсь, чтобы посмотреть ей в глаза. Она выглядит хрупкой, бледной и беззащитной, нуждающейся в нежности и утешении. Встаю на колени, натягивая штаны, рассеянно скользя взглядом по стройным обнаженным бедрам, острым коленкам, которые она тут же плотно сжимает, дрожащими пальцами опуская вниз подол платья.

Моя кожа медленно остывает, благодаря работающему на полную мощность кондиционеру. Я замечаю, как Мэл снова начинает трястись, как в ознобе. Тянусь к панели приборов, но она перехватывает мое запястье.

– Не убавляй, это нервное, – хрипло шепчет она, ее испуганный, потерянный взгляд с поволокой боли не отрывается от меня. Она ждет чего-то, надеется… Глупая…

– Мне нужно купить тебе абайю. Ты не можешь появится в отеле в таком виде. Мне придется запереть тебя здесь. На полчаса.