– Нет, – сжимаю его волосы на затылке, оттягиваю назад, предотвращаю катастрофу поцелуя. – Ты бы ПРИНАДЛЕЖАЛ. Это оглушающе больно, и кроме этого ничего бы больше не осталось.

Его глаза такие пронзительно черные, что почти «Красные». Поджимает губы.

– Такой ты котенок еще… – глажу по лицу, закрывает глаза. – Ласковый… Что ты в этот омут лезешь? Утонешь.

– Плевать…

– Дурачок…

Но вкусный!..

– Девушку тебе надо ванильную, нежную. Откажись от предложений Олега. Забудь про это все. Живи свою жизнь.

– Ты – нежная, – трется щекой о мои пальцы.

– В другой руке плеть.

– Пусть. Моя спина готова.

– Мы же порвем тебя…

– Уже.

Что ж все мотыльки такие…

– Андрей… – оттягиваю ворот его рубашки, оставляя отпечаток губ на ключице, чувствуя как пальцы впиваются в мою спину. – Сегодня я останусь в тебе. Наслаждайся…

Олег у стойки с бокалом вина. Показывает мне на часы. Забирает мою сумку, спускается вниз.

– Нам пора… – шепчу нашему мотыльку.

Еще раз сжимает. Крепче. Останавливая на секунду наше плавное движение. Отстраняется.

– Такая красивая ты! – улыбается. – Никогда не видел таких женщин.

В абсолютно невменяемой эйфории.

Это всё эндорфины…

– Олег говорит, что самые ядовитые существа всегда имеют предупреждающий окрас.

– Олег… он прав. Как всегда – прав.

Мы идем вслед за НИМ.

Спускаемся.

ОН одет, в ЕГО руках мое пальто. Моя сумочка на стойке гардероба.

– Спасибо за вечер, Андрей.

– Тебе… спасибо.

Их рукопожатие замирает. И взгляды.

Там много обоюдных исследований. Олег теперь смотрит глубже. Он видит…

На его лице легкая тень опасений.

Расцепляются.

– Попрощайся… Женечка.

Делаю шаг ближе, подаю руку.

Немой диалог чувств. Там много всего… Но самое важное – эта неадекватная эйфория со привкусом сломанных Хардов, почти что спейс!

Не «почти что»! Спейс!

Глаза дурные… из них неконтролируемо плещет серотонином.

Горячий поцелуй в руку.

Он кайфует, я чувствую! Без всяких противоречий и зажимов.

Это всегда так. Если умело сломать пределы, Нижнего охватывает саб-спейс – нереальная эйфория, свобода… То самое парение! Потом, правда, дроп – провал в обратное эмоциональное состояние. Это будет завтра. Пусть будет. Пусть его отнесет этой жестью подальше от нас!

ТЫ этого хотел? – перевожу взгляд.

ОН не смотрит на меня. Но вижу, что ЕГО цепкий взгляд не упустил эти детали.

Семёрочка… это была, как МИНИМУМ, семёрочка…

Я – оголодавшая жадная дрянь! Аплодисменты, видимо, будут ремнем по заднице. Б**ть…

– Андрей… завтра позвоню.

– Спасибо…

Глава 20 – Никаких побед

Называю таксисту адрес. Свой.

В машине пахнет табаком и, слишком сильно, ароматизатором. Женя прячет свой чуткий нос у меня на шее. Приоткрываю окно.

Её рука двигается по моему бедру вверх. Это мешает думать.

Шлепок.