И если бы в этот момент Гор не закряхтел, еще неизвестно, чем бы все закончилось. А так…

– Я его возьму. Досыпай.

– Нет-нет, ты с работы, устал… – все еще задыхаясь, пролепетала Белка.

– Ты меня только что здорово взбодрила, – оскалился в ответ Фокин. – Все нормально, Бельчонок. Отдыхай. Тебе еще экзамен сдавать.

В паху не на шутку тянуло. Гордей подхватил сына и вышел за дверь. Укачивая малого в руках, сам потихонечку успокаивался. И правильно. Да, было горячо, но… куда коней гнать? Лучше он ее по чуть-чуть смаковать будет. Надкусывать, перекатывать на языке, прежде чем сожрет с потрохами. Но как же она откликалась! Даже в этом идеальная для него. Уступчивая, готовая подчиняться его воле, его желаниям, какими бы они ни были. Это срывало тормоза напрочь.

Все-таки хорошо, что Гор проснулся.

Чуть остыв, Фокин уложил мелкого в коляску и стал его возить по квартире. Хватило пары кругов, чтобы тот уснул. Тогда Гордей завез его в спальню, а сам впервые юркнул к жене. Хватит с него дивана.

Белка уже спала. И он уснул быстро, проспав аж до семи. Потом встал, разбуженный встроенным в голове будильником. Убедился, что его домашние спят, и отправился готовить завтрак. Омлет доходил под крышкой, когда Белка проснулась. Смущалась она, конечно, ужасно. Прятала глаза…

– Плохая я жена! Ничего как следует не могу…

– Почему же? Со своей главной задачей ты справляешься на все сто.

– С какой?

– Делать меня счастливым. Ну чего встала? Бери хлеб и садись.

– А хлеб я сама испекла! На закваске! – улыбнулась радостно Белка.

– Ну, вот! А говоришь – «ничего не могу, ничего не могу». Прямо на комплименты напрашиваешься.

– Да нет… Я… ничего такого, – всполошилась его женушка, разволновавшись едва не до слез.

– Ну, шучу я, Белка. Что ж ты на все ведешься?

– И про то, что я делаю тебя счастливым, шутишь?

– Про это нет. Ешь. Не то опоздаем.

– Куда?

– Так на экзамен же!

– Ты что, со мной собрался ехать? А как же Гор?

– Поедем вместе. Мы погуляем, пока ты будешь грызть гранит науки."

"Тревожно ему было. Не хотел ее одну отпускать. Может, параноил, да. Но Фокин, как и всякий человек, который слишком долго ждал счастья, никак не мог осознать, что вот оно… Никто его не отбирает. Ну и пока непонятно ведь было, чего ждать от ее семейки.

В общем, поехали вместе. Белка упорхнула, обещая держать его в курсе ситуации. А Гордей, как и планировал, отправился с сыном на прогулку.

Толкая коляску вперед, он себя как никогда хорошо чувствовал. И чудилось ему, что на них все прохожие обращают внимание. Смотрят, улыбаются… А не как обычно, бегут вперед, ничего и никого перед собой не видя. Он ведь тоже мог вот так пробежать и не разглядеть свою Белку. И что б тогда?

Купив кофе в кофейне на колесах, Фокин сделал круг по кварталу.