— Ханни, бумага зачарована, — произнес в ответ герцог, — Я не вижу ни строчки. Для меня пергамент кристально чист.

— Но я думаю, ты предполагаешь, что может быть здесь написано.

— У меня есть кое-какие догадки, — кивнул Алмир, — И, судя по твоему побледневшему лицу, подтвердились мои самые страшные опасения.

— Это даже забавно, — усмехнулась я, облокачиваясь о стену из-за резкого головокружения после всей открывшейся мне правды, — Теперь ты связан на всю жизнь с потомком некромантов, за которым охотится лорд Бастер. Отец указал в письме его имя. Жаль, что мы не прочли его раньше.

— Значит, все же лорд Бастер, — протянул герцог, кивая, — Выходит, если старику нужна ты, то у тебя есть дар?

— Ты не знал? — удивилась я.

— Я не был в этом уверен, — пояснил Алмир, — Твой отец взял с меня магическую клятву прежде, чем рассказать о фолианте с заклинаниями по некромантии и о том, что кто-то может охотиться за книгой. О тебе речи и не шло. Поверил я ему не сразу, а лишь после того, как получил доступ в старый имперский архив и нашел в хрониках род Эйвери под пометкой рода некромантов. Позже, разумеется, эту пометку удалили, — принялся делиться откровениями герцог, — О том, что дар мог пробудиться в тебе, я начал подозревать уже после нашей помолвки.

Завещание твоего отца было весьма странным. Если бы мне нужно было уберечь книгу и избавить тебя от опасности, связанной с ней, проще всего было бы просто завещать мне фолиант. Но графу Эйвери зачем-то понадобилось, чтобы я на тебе женился. Это могло объясняться только тем, что защита нужна не фолианту, а тебе. И потребоваться она могла только по одной причине…

— Дар запечатан, — прервала я герцога, — Я не некромант в полном смысле этого слова.

По факту, я все та же Ханнелор, в которой нет и крупицы магии.

— Мне жаль, — покачал головой Алмир.

— Папа написал, что это можно обратить вспять, — призналась я, — Дар можно снова пробудить, если я этого захочу. Но не я уверена, что когда-либо решусь на это. Теперь, когда мы больше не можем развестись, это решение сможет навлечь опасность и на тебя.

— Ханни, времена изменились. Церковь со своими радикальными устоями больше не имеет былой власти и сильного влияния в обществе. Наш мир давно шагнул вперед и представители власти разных государств признают, что истребление некромантов было совершенно ненужным, жестоким и неприемлемым поступком.

— Вот только я не одна такая. Нас, как минимум, двое. И что-то я не слышала, чтобы кто-то из некромантов спешил заявить о своем воскрешении и о том, что они по-прежнему, среди нас, — заметила я.

— Но ты отличаешься от остальных, — покачал головой супруг, — Не забывай, что мой дядя Император, мой дед младший брат предыдущего монарха, а мой прадед сам правил нашей страной.