— Если бы я написала эту книгу — а я не говорю, что это сделала, — то именно с таким содержанием. В конце концов, юным леди следует знать, что их ждет. Этот памфлет оказывает крайне необходимую услугу несведущим.

Она опустила взгляд. Бесполезно пытаться заставить его понять. Ему никогда не постичь страха брачной ночи с человеком, который не то что в отцы — в деды годится, с человеком, которого не знаешь и не любишь. И все это не по собственному выбору. Этого достаточно, чтобы вдребезги разбить девичьи грезы. Точно так, как лорд Колтон разбил когда-то ее мечты, хотя она скорее умрет, чем в этом признается.

Маркиз стиснул зубы и подался к ней, упершись руками в колени. Его дурманящий мужской запах достиг ее ноздрей — легкий отголосок лошадиного пота (Колтон приехал верхом), едва уловимый намек на дорогой одеколон и что-то еще, не поддающееся определению. Вероятно, его чертова самоуверенность.

Голос маркиза звучал вкрадчиво, хоть и грозно, от многообещающего тона в комнате снова сделалось жарко.

— Этот памфлет — скопище лжи, сочиненной женщиной, которая толком не узнала брачного ложа."

"Лили задохнулась. Боже милостивый! Надо было дать ему пощечину и выставить из дома за такие неделикатные высказывания. Его слова жаром обожгли ее скулы. Но она не позволит себе взволноваться. Она отплатит ему той же монетой.

Прикрыв глаза, Лили наклонилась к нему.

— Вы ведь не намекаете, что являетесь авторитетом в том, как должно обходиться с женщиной на брачном ложе? Даже вы не можете быть столь заносчивым, милорд. Или я слишком вам льщу?

Последовавшее на это ворчание должно было устрашить. Лили была в этом уверена. Но вместо этого оно обрадовало. Наконец-то! Она попала в цель в их словесной войне.

— Я ни на что не намекаю, — заявил Колтон и, подражая ей, наклонился вперед, его губы оказались всего в нескольких дюймах от ее губ. Их глаза встретились. — Я точно знаю, как обходиться с женщиной в постели. — Лили шумно втянула воздух, но отказывалась отвести взгляд. Колтон смотрел на нее сверху вниз. — Больше того, я обвиняю вас в том, что вы написали клевету и вздор, и требую, чтобы вы отреклись от этого.

Лили наклонила голову набок и закусила губу. Новый приступ чувства вины — теперь она была уверена, что это именно вина — кольнул ее. Он хотел отречения? За этим он пришел? Он не мог влюбиться в ту девушку. Или мог? Она прижала руку к груди, у нее упало сердце.

Тряхнув головой, она повернулась к нему:

— Тот факт, что какая-то глупая книжка отпугнула вашу невесту, возможно, говорит вам то, о чем вы не хотите знать, Колтон. Или вы никогда над этим не задумывались? — Лили сложила руки на коленях и расправила плечи. — В любом случае этот разговор совершенно неприличен, милорд. Думаю, будет лучше, если вы сейчас уйдете.