— Спасибо-спасибо-спасибо! Ты мой герой. Мой супермен!

— Да уж.

Алекс к тому времени уже больше двух месяцев проходил когнитивно-поведенческую терапию. Вел дневник, старался.

Я считала его очень хорошим, веселым, смелым. Самым добрым и лучшим человеком из всех, с кем я была знакома! Но мы так часто ссорились из-за ерунды, что рисковали в один из таких плохих дней всё окончательно разрушить. Его гиперактивность, выражающаяся в стремительности и импульсивности, не способствовала укреплению отношений на расстоянии.

Ревность, усталость, недопонимание — копились. Вместо решения проблем Алекс мог заработаться и забыть обо мне, например, на неделю. Или ответить раздраженно, а я весь день ждала от него эсэмэски. Потом взорваться в ответ на мою обиду. Терапевт помогал ему измениться. Было непросто, я знала. Алекс пошел на это, чтобы сохранить наш брак.

Мы немного поболтали, я рассказала о делах, планах.

Когда повисла пауза, его глаза слегка прищурились, в них появился тот самый огонек, который будоражил меня особенно сильно.

— Была сегодня моей? — спросил Алекс немного тише.

Любимый голос прокатился по коже. Я закусила губу и устроилась удобнее на подушках. Он спрашивал, отдавалась ли я ему в своих фантазиях.

Покачала головой.

— Ждала, пока ты проснешься. И... — Хитро стрельнула глазами в камеру, ласково улыбнулась: — Вдохновишь.

Алекс помолчал секунду.

— Вау. У меня уже колом стоит. Просто от твоего взгляда. Чтобы ты понимала степень зависимости.

— Всё бы отдала, чтобы к тебе на колени!

Он резко стянул футболку через голову.

— Я бы тебя сейчас облизала. — Сделала это со своими губами. — Представляешь как?

— Так... Я за салфетками! Щас по телефону перезвоню.

Алекс шустро вскочил с кресла, и я громко засмеялась над его спешкой. Экран погас, а я рванула в спальню. Расправила постель, достала из тумбочки вибратор. Когда зазвонил телефон, я уже крепила мобильный на держателе.

— Хочу тебя, — выпалил Алекс сразу. — Малыш-малыш, девочка моя красивая.

Торопливый голос учащал дыхание. Кожа загорелась. Я быстро сняла платье, лифчик.

Алекс нахмурился, сжал челюсти и застонал от визуального удовольствия.

— Любимый, я тут, — прошептала. — Иди ко мне.

— Моя, — кивнул. — Блядь, трясет меня. Скажи еще раз.

— Твоя. Так хочу тебя. Твой запах, твою кожу, всего тебя. Мне аж больно.

Он выдавил из синего тюбика смазку на ладонь, я сделала так же. Руки синхронно опустились ниже. Безумие как канатом обмотало, связало, стянуло напрочь. Я тепло кожи Алекса почувствовала, жар его дыхания даже сквозь невообразимые километры. Риски, что кто-то взломает, увидит — все они трухой рассыпались, потому что отказать себе в желании было немыслимо."

"Я взялась за телефон и подвинула камеру так, чтобы он видел, как ласкаю грудь.