— Вы помирились, Ива? Опять помирились с Равским?

Прочищаю горло.

— Пока не могу точно сказать, мам. Мы... — Осекаюсь и закатываю глаза.

Я бы предпочла обсудить ситуацию с Леной или каким-нибудь другим человеком, от которого не исходят волны осуждения.

— Так вышло, что Демьян ударился и Алекс свозил нас в травмпункт. Мы оба стрессанули, и как-то закрутилось.

— Как-то закрутилось? — переспрашивает мама. Падает на стул и закрывает лицо руками.

Пару секунд я молчу под аккомпанемент торопящегося сердца. Потом поднимаюсь и начинаю убирать со стола.

— Что будет дальше, Ива? Он снова уедет? — причитает она в спину. — Что у него с той моделью из Сиднея? Как же Руслан?! А Алле Теодоровне что ты скажешь? «Просто закрутилось»?!

Я ополаскиваю чашку, стираю со стола джем, который размазал Демьян. Мою губку и замечаю на подоконнике книгу в белой обложке. Вспышка гнева ослепляет. Хватаю книгу Погодиной и пытаюсь разорвать. Тугая зараза, да и сама я в этот момент выгляжу истеричкой. Опомнившись, выкидываю ее в мусорное ведро и снова мою руки.

Уйти прямо сейчас не хватает духу. Я научилась от Алекса некоторым фишкам, как гасить гнев, но по себе знаю, насколько бывает больно, когда контакт разрывается. А маме я делать больно не хочу. Уношу Дёму на диван, там мы смотрим картонную книжку, я лепечу стихи как заведенная.

Мама некоторое время сидит в кухне, затем приходит и занимает место рядом.

Поджимаю губы. Что тут скажешь? Что, блин, тут еще скажешь?

Домой бы поехать, да Демьяна жаль: ребенок растет в машине. Подвигаться ему еще час хотя бы перед следующей поездкой.

Мама вновь протягивает мобильный. На снимке я сжимаю медведя и смотрю на Алекса. В следующий миг — поцелую бывшего мужа сама. Первая. Мы обе смотрим на это фото.

— Такой счастливой я тебя видела только после побед на соревнованиях, Ива, — говорит она медленно, будто надломленно. — Почти забыла это твое выражение лица."

"Отвожу глаза в сторону. Мама даже не представляет, что я в тот момент чувствовала. Тепло внутри растет, так хочется его выплеснуть! В следующий миг я наивно срываюсь и обнимаю ее за шею. А мама, растерявшись, обнимает меня.

— Я сама себя такой забыла, — говорю торопливо. — Личная жизнь, как спорт, наверное, где значение имеет только победа и то, на что ты готов ради нее. Когда я с Алексом, я не думаю ни о Руслане, ни о Джемме. Я не думаю вообще ни о чем. Тоска по нему сильнее всего на свете. Если бы он был женат, если бы я была замужем... Плевать, клянусь. Если находимся на одном континенте, мы притягиваемся друг к другу. Алекс тоже этого не планировал.

Мама поглаживает меня по спине.

— Как мы будем жить, когда он опять уедет?

Пожимаю плечами.

— Я не буду его ждать, — произношу решительно. — Как прежде не будет точно. Я изменилась.

— А как будет?

— Посмотрим.