Я сидела на столе, пила безалкогольный глинтвейн и изредка кашляла, потому что умудрилась простыть накануне. Алекс подписывал важные бумаги, я дразнила его — он улыбался. Борис периодически залетал и прерывал наши поцелуи раздраженными репликами.

Не могу припомнить, из-за чего мы так сильно смеялись. В те дни присматривали квартиру и с утра до ночи обсуждали варианты. У Алекса не было своей недвижимости ни до, ни после нашего брака. Он постоянно менял съемное жилье, а я была сыта по горло общежитием и жизнью с мамой, поэтому форсировала события.

Так вот. Мы были женаты, собирались купить квартиру и хохотали над общей шуткой до боли в животе. Вывалились из кабинета в обнимку и поспешили к выходу.

В холле у ресепшена ждали две женщины: бывшая помощница Алекса Олеся и еще одна, незнакомая, лет сорока пяти. Улыбка мгновенно сползла с моего лица: перед Олесей я чувствовала неловкость. Но при этом ни единой секунды не жалела, что поспособствовала ее увольнению.

Мне так сильно нужен был Алекс, я приходила в ужас от мысли, что могу его потерять. Он был мой весь, с головы до ног, каждой клеткой тела и каждой быстрой мыслью в светлой голове. Он был мой на сто процентов, и я боролась за него как умела в то время.

Олеся поработала полгода в московском филиале «Солар», а потом уволилась совсем. В конце концов, у нее был свой парень. Алекс выбрал и добился меня.

— Привет, Олесь! — бросил Раф весело. — Как дела? Ты ко мне?

— Да, хотела тебя кое с кем познакомить. Это важно, Алекс, пожалуйста. Есть время на кофе?

Он сначала сказал запросто:

— Да, конечно.

Потом перевел глаза на женщину, которая встала с дивана и робко прижала к себе сумку. У нее была немодные для столицы стрижка и одежда. А еще она так жадно смотрела на Алекса, что я, будучи юной влюбленной девочкой, в первую секунду укололась ревностью. А потом до меня дошло.

Алекс нахмурился. Перевел взгляд на Олесю и вопросительно развел руками — дескать, зачем?

— У нас планы сегодня, Раф. В другой раз кофе, — сказала я четко и громко.

Двери лифта были открыты, я потянула Алекса к выходу, и он послушно пошел. Это наше бегство потом ярко описали в книге. Мы там сердце его биоматери разорвали в клочья, вспороли былые раны или как-то еще жестче поступили, уж на эпитеты она не поскупилась. На самом же деле момент был эмоциональный и мы физически покинули пространство, в котором могли наделать глупостей.

Выйдя на улицу, Алекс сказал:

— Я не хочу. Вообще не хочу.

— Ты не обязан."

"Остаток дня мы обсуждали ситуацию. Семейного воссоединения не произошло, само собой не получилось. Не знаю, на что рассчитывала Олеся. Думаю, она искренне хотела помочь, когда согласилась привести ту женщину прямо в офис «Солар». Показать Алекса во всей красе в стенах его крутой фирмы.