Диринг вернулся к реальности, отбросил свои романтические размышления и заставил себя сосредоточиться на работе. Он встал и подошел к столу секретаря.

– Давай посмотрим.

– В конце прошлого года вы довольно быстро купили контрольные пакеты акций нескольких компаний. Помню, я составлял контракты на покупку в большой спешке – иногда их было по три в день. – Факсман указал на соответствующую страницу в книге.

– Я помню, – сказал Диринг. В подробности этого дела он не хотел вдаваться. – Но ближе к делу, Факсман.

– Вскоре после этого вы объединили компании и продали их, не получив дохода, иными словами, затратили максимум усилий без выгоды для себя. По какой причине человек может совершать такие поступки, когда ясно, что были другие способы получить эти компании без особых потерь средств и времени? Эта серия сделок представляется мне странной, бесприбыльной, и я боюсь, что здесь что-то упущено. Да и цифры не сходятся.

– Не каждая сделка проводится для денежной выгоды. – Произнося эти слова, Диринг понимал, что они не отпугнут и не отвлекут его проницательного секретаря. Если Дирингу кто-то предложил такое же небрежное и бессмысленное объяснение, оно было бы категорически отклонено. Несколько секунд он хмурился, похлопывая ладонью по бедру и размышляя, как далеко мог продвинуться Факсман в своих исследованиях."

"– Конечно, милорд. Прошу меня извинить, милорд. Я только хотел удостовериться, что мои расчеты правильные. Иногда я становлюсь жертвой собственного любопытства. Правда, мой отец часто говорил, что нельзя упускать ни одной возможности учиться, и никакие знания лишними не бывают. Учитывая ваш богатый опыт и всем известную проницательность, я только хотел узнать что-то новое, чего до сих пор не понимал.

– Вижу. – Диринг несколько секунд внимательно смотрел на секретаря, после чего продолжил: – Я могу назвать несколько ситуаций, когда сделка проводится не для денежной выгоды. К примеру, влияние, статус или, может, личный интерес. – В этом перечне, определенно, должно было присутствовать такое изнурительное заболевание, как любовь, но Диринг благоразумно решил о нем не упоминать. – Пометь страницу и оставь книгу у меня на столе. Я посмотрю вечером.

Факсман взял карандаш, сделал несколько пометок на полях и положил книгу на стол Диринга – на то самое место, где раньше стояла черная кожаная коробочка, от которой виконт потерял ключ.

Слава богу, Факсман не стал продолжать разговор на эту тему и вернулся к работе. Чуть помедлив, Диринг сделал то же самое, хотя уже через несколько мгновений из музыкального салона послышались первые звуки музыки. Он едва справился с искушением немедленно бросить все и бежать к Шарлотте.