-Зачем в оранжерею? У вас есть жена? Дочь? Мать? – Сверр поймал на себе непонимающий взгляд доставщика.

-Товар ведь оплачен и не ваша вина, что получатель отказался его принимать…- многозначительно улыбнулся Сверр. Пусть он и не в курсе, кто отправитель, но мужчине впервые в жизни захотелось насолить неизвестному сопернику.

-Да вы что, господин, я ведь и работы могу лишиться, - испуганно замахал руками мужчина.

-Не волнуйтесь, если будут проблемы, ссылайтесь на меня. Меня зовут господин Сверр Вегарт, - если соперник вздумает возмутиться, Сверр оплатит ему эти букеты.

-Ну если так…- неуверенно произнес доставщик, в уме уже подсчитывая, сколько сумеет заработать, если ему удастся продать несколько корзин с цветами.

-Вот только нужно сначала избавится от карточки. Она ведь прилагается? – он все равно узнает от кого эти подарки.

-А как же, сию минуту, - мужчина нырнул в телегу и достал белоснежный конверт, без каких бы то ни было опознавательных знаков.

Как только телега скрылась с территории особняка, Сверр уверенно вскрыл конверт.

Мало что ли ему было этой поездки в поместье Блан, которую организовал отец.

Или скорее помог организовать ее для матери. Хорошо, хоть в последний момент предупредил Сверра о том, что письмо пустышка, а с остальным пусть сын справляется своими силами.

Сверр и без отцовской подсказки понял, что письмо, лишь предлог. Нет и никогда не было у отца и господина Блана никаких совместных дел. Тем более секретных. Но благодаря отцу он хотя бы знал, к чему готовиться. Хоть он и не одобрял поведение отца, который, иногда доходя до смешного, позволяет Клер манипулировать собой, но не осуждал его."

"Однажды, случайно услышанный им разговор между отцом и его лучшим другом, расставил все по своим местам.

С тех пор Сверр никогда не лез в отношения родителей.

Как оказалось, отец до сих пор испытывает вину за то, что настоял на третьей беременности, в надежде на то, что, если родится дочь, отношение Клер к детям потеплеет. Но мало того, что последняя беременность супруги оказалась тяжелой, а материнские чувства в ней так и не проснулись, к двум старшим сыновьям, добавилась еще и кроха, которая тоже оказалась лишена материнской любви и заботы. И теперь отец испытывал вину не только перед Клер, но и перед дочерью.

Гирт разрешал Клер многое, в то же время умудряясь держать супругу в определенных рамках, не позволяя их нарушать. Но в отношении детей приходилось делать поблажки, поддерживая видимость значимости Клер в их жизни.

И ни Диер, ни Сверр, и даже ни Блер, никогда не могли осудить отца за это. Он давал им столько отцовской любви, что они, казалось, и не нуждались в любви Клер.

А вот стратегом она могла бы быть прекрасным, если бы ее энергию, да в нужное русло.