Фатти в сопровождении Бастера тут же устремился на кухню, взял с подноса несколько лепешек, пирожных и печенья и вернулся назад.

«Теперь-то Юнис не явится шпионить в мой сарай, – подумал он, – возьму это все с собой и почитаю там спокойно. Лишь бы Гун не явился вынюхивать. Ну что за жизнь – Юнис все время вертится рядом, Гун возникает, когда не нужно».

Он заперся в сарае, нашел свою книжку, уселся поудобнее и начал читать, уплетая печенье. После того как он съел большую часть принесенного, он вдруг вспомнил, что собирался худеть. – Черт возьми! – посмотрел он на преданного Бастера, который вертелся поблизости, надеясь на то, что и ему перепадет кое-что. – Почему ты не напомнил, что я на диете, Бастер? Хоть бы царапнул меня!

Бастер послушно царапнул его и заскулил, выпрашивая любимое шоколадное печенье.

– Можешь съесть и печенье, и пирожное, – великодушно решил Фатти, – но только потому, что мне этого нельзя. Предупреждаю – вечером, когда я пойду бегать, ты пойдешь со мной: тебе тоже пора сбросить лишний вес.

Вечером, когда после ужина Юнис, забыв свои обиды, предложила сыграть партию в шахматы, Фатти печально покачал головой.

– Мне ничего так не хочется, Юнис, как обыграть тебя в шахматы, – сказал он, – но, к сожалению…

– Обыграть меня? Попробуй! Я чемпион школы по шахматам! – возмутилась Юнис.

– Как это ни странно, но и я тоже! – ответил Фатти, и это было чистой правдой. – Но, боюсь, я слишком много ел сегодня, надо часок побегать – до речки и обратно.

– Как – в темноте? – изумилась мама. – Знаешь, я думаю, ты можешь переусердствовать.

В душе Фатти придерживался того же мнения, но сама мысль о том, что ему придется потратить весь вечер на игру с серьезно настроенной Юнис, отнюдь его не воодушевляла. В сопровождении Бастера он обреченно направился одеть шорты и побежал к реке. Бастер мчался рядом. Что за жуткая жизнь!

СТАРШИЙ ИНСПЕКТОР ДЖЕНКС СОБИРАЕТСЯ ЧТО-ТО СООБЩИТЬ

В понедельник утром, уже почти доедая яичницу из трех яиц с ветчиной, Гун внезапно увидел, как длинная блестящая черная машина остановилась у его дома. От неожиданности у него отвисла челюсть.

«Инспектор! И что ему вдруг понадобилось так рано?» – подумал Гун, торопливо застегивая пуговицы на мундире. Поспешно пригладив волосы, он крикнул в кухню приходящей служанке:

– Миссис Боггз! Там кто-то пришел, пригласите в мой кабинет, и побыстрей!

Не успел он закончить, как послышался властный стук в дверь и миссис Боггз помчалась открывать. На пороге стоял старший инспектор Дженкс, человек высокого роста и с пронзительным взглядом. Весь его вид выражал нетерпение. Миссис Боггз поспешно провела его в кабинет.

– Мистер Гун сейчас выйдет, сэр. – Приседая и кланяясь, она попятилась к двери.

Гун появился тотчас же.