Как ни странно, в какой-то момент Юлия успокоилась. Наверное, уже переволновалась, лимит закончился. Поэтому она проходила в кабинет уверенная в себе. Ноги не дрожали, ладони не взмокли. Девушка сдержанно улыбнулась. Не радостно, а будто входит в дом близкого друга. А именно так, как её учили.

– Добрый вечер, Илья Данилович.

– Проходите, Юлия.

Илья Данилович сидел за рабочим столом из темного дерева. Смотрел на дверь, явно ожидая, когда войдет Юля.

Он движением руки указал на кресло.

Юлия прошла, опустилась. Села, гордо выпрямив спину, готовая если не ко всему, то почти ко всему.

– С вами хотят поговорить, Юлия. Мешать не буду.

Она не успела сориентироваться и до конца осознать, что случилось. Седов поднялся, сдержанно кивнул и направился к двери.

По инерции повернула голову за ним."

"Тогда-то и поняла, что в кабинете Седова они были не одни.

Глава 3

Она сразу же узнала этого мужчину.

Его не узнать было невозможно.

Демьян Тарисов, председатель или президент «Россбанка», она не понимала различия между этими двумя должностями. Один из самых влиятельных людей страны. Поговаривали, что он не просто ставленник Президента, а кто-то, кто стоит как раз за Президентом.

Теперь понятно, откуда охрана.

В таком количестве.

Первые секунды ничего, кроме шока, Юлия не испытывала.

Демьян Валерьевич – она даже отчество его знала, потому что позавчера отец смотрел интервью с ним и приглушенно матерился – стоял у окна, которое располагалось рядом с нишей. Поэтому Юля сразу его и не заметила. Мужчина скрестил руки на груди. В отличие от охраны, на мужчине пиджака не было. Темно-синяя рубашка, рукава которой он закатал, обнажив крепкие кисти.

Высокий…

И об этом она тоже знала, потому что видела его в окружении охраны. Априори – охранники высокие крепкие парни. Тарисов им нисколько не уступал. Ни в плечах, ни, надо думать, в крепости.

Лицо породистое. Это уже мамино выражение, что пришло в её обиход из литературы. Квадратный тяжелый подбородок, прямой нос с легкой горбинкой, глубоко посаженные глаза и широкие брови.

И очень цепкий, оценивающий взгляд.

От которого сразу же становилось не по себе.

Он давил. Даже подавлял. Взгляд, полный даже не превосходства. Чего-то другого. Власти.

Многие пытаются играть в тех, кем не являются на самом деле. Пытаются казаться выше, значимее. Сорят деньгами, которых нет. Дают обещания, которые не сдерживают. Покупают вещи, что не по карману.

Юля видела таких людей. Попадались они и в отеле. Некоторые постояльцы платили сумасшедшие деньги за ночь, а потом устраивали разборки за лишнюю, как им казалось, строчку в квитанции.

Тут… другое.

Совершенно другое.

Юля даже не могла сказать что. Просто знала. Интуиция забилась внутри, точно птица, пойманная в силки.