Ему казалось, что он плывет в родном Черном море — только в непривычно холодном и каком-то вязком…
Валера направил было в сторону головы Сво пистолет Крылова. Но добить бандита не смог. Точнее, не то чтобы не смог — просто понял, что тот и сам доходит.
Убрав пистолет во внутренний карман и сжав посильнее ручки баула, Штукин заковылял прочь. Инстинктивно он брел в сторону вокзала. Лишь дойдя по бульвару до памятника Эрнсту Тельману, Валера начал свободной рукой ощупывать свою шею. Под кожей он нащупал бугорок. Это была пуля из «тэтэшки», пробившая воротник куртки и непонятно почему не прошедшая навылет, — может быть, патрон был бракованным и потому ослабленным…"
"У Валерки закружилась голова.
— Что ж они меня добить-то никак не могут? Это же сколько они по мне выпустили пуль, с учетом лифта!
Он посидел еще немного, подставляя лицо холодному ветру, а потом скомандовал сам себе:
— Надо нырнуть!
Штукин встал и, покачиваясь, пошел к привокзальной площади, чтобы попытаться взять там машину до города.
— Мне в Питер, — сказал ему Валера. — Плачу тонну. Могу половину отдать вперед.
Мужик молча кивнул и, когда Штукин уже залез на заднее сиденье, спросил:
— Что, крепко досталось?
Для того чтобы задать такой вопрос, особой наблюдательности не требовалось.
— И это только начало… — простонал Валерка, осторожно устраивая разбитую голову на подголовник.
Водитель плавно тронулся и через некоторое время поинтересовался:
— И за что страдаем?
По мужику было видно, что он обладал разносторонним жизненным опытом.
Комментарии
Добавить комментарий