— Ты точно извращенец, Крис, — хихикает она, пока я смотрю на ее припухшие, розовые губы. — Смеяться после минета странно. Я шучу, если что, не обижайся, оой… — Она заканчивает все мучительным стоном, потому что я толкаюсь в нее, скользнув членом по мокрым складкам.

Блядь, какая она горячая и узкая. Наклоняюсь к ней и сжимаю челюсть пальцами.

— У тебя было очень довольное лицо после этого. Будто бы я мороженым кончаю, — тихо произношу я, пока она пытается выбрать — что ей делать, стонать или посмеяться в ответ, потому что я снова рывком двигаюсь в ней, вбиваясь так глубоко, чтобы довести ее до самого быстрого и фееричного оргазма, пока она еще разогретая и возбужденная.

Она все-таки стонет, громко, сильно и часто сжимаясь на мне, пока я трахаю ее яростно и резко, что перед глазами должны заплясать звезды.

— Нимфа... — хрипло шепчу я ей на ухо, вдыхая знакомый фруктовый запах.

— Не могу говорить, Криииис… — она пытается обнять меня руками, но я перехватываю ее запястья и завожу над головой, распиная на постели. — Ах ты… боже! — Она начинает задыхаться, и ее выгибает дугой, впечатывая в меня. — Я сейчас умру, Крис. Божеее…

Я останавливаюсь на мгновение, собираю ее волосы в кулак и заставляю запрокинуть голову, посмотрев на меня. Ее зрачки расширены, словно под кайфом. Маленькая, покорная нимфа. Моя.

— Люблю тебя, конфетка, — шепчу я ей издевательски в губы и поцелуем заглушаю возмущенный рык, а потом снова вонзаюсь в нее с силой, и она заканчивает за несколько сильных и быстрых движений.

По телу нимфы побегает дрожь, а под моими ладонями у нее на коже выступает пот. Она вскрикивает, выгибается и со всхлипом утыкается мне в грудь, обхватив за шею, и до синяков сжимает меня бедрами.

— Оксана, — продолжаю шептать я, двигаясь в ней медленно, чтобы поймать еще несколько мгновений этого кайфового процесса — я в ней, жаркой и тесной. Ненадолго, потому что, судя по ее закрывающимся глазам, она вот-вот вырубится. Я целую ее в висок и скольжу к маленькому уху, прошептав: — Ты очень сладкая, конфетка. Когда у нас будет больше времени, и мы окажемся с тобой в Австрии, я тебя затрахаю, обещаю. А сейчас спи и не борись со сном.

Она тихо усмехается:

— Ты меня уже затрахал, Крис.

— Спасибо, крошка.

— Не в плохом смысле… — бормочет она, начиная глубоко сопеть. — Не в… плохом…

Она вырубается почти мгновенно. А я — спустя насколько минут, когда ложусь рядом с ней и обнимаю, притягивая ближе.

Оксана, кажется, еще не до конца поняла, что ей придется уехать со мной. Потому что в ближайшее время я просто позвоню адвокату, чтобы он начал бракоразводный процесс с Ланой. Потом просто приобрету нам с нимфой жилье. Другое. Дом, в котором я проживал с долбанутой тварью, мне не хочется видеть.