— Мне Лиона найти надо, — пояснил Алексей.

— Он что, тоже вернулся? — неподдельно изумился хозяин гостиницы. — Я помню, как вы уходили. Подумал ещё тогда: «Ну, этих-то парней Ей не видать»! А выходит, прибрала-таки Она вас.

— Значит, Лион здесь не появлялся? — нахмурился Алексей.

— Нет, — покачал головой Бульдог. — У меня точно не появлялся. А ты его вернуть хочешь? Не получится. Раз не смог без Зоны — значит, так и будет с ней рядом, как привязанный, пастись.

— Мне бы его найти, а там, думаю, и способ его уговорить отыщется. Есть кого поспрашивать?

— Генка с Витьком тут, Прохор, Аль-Сайд должен со дня на день прийти… — Владелец гостиницы задумался, потом пожал плечами: — Пожалуй, всё. Из старой гвардии мало кто остался — либо сгинули, либо ушли отсюда к обычной жизни, к нормальным людям.

Кожевников усмехнулся:

— Это ты верно подметил — нормальный человек по доброй воле в Зону не сунется.

— Ага, все мы тут слегка того, — осклабился Бульдог. — И, скажу я тебе, с каждым годом народ все отмороженней сюда идёт. Злость и жадность в глазах. И страха перед Ней нет. Молодняк борзый и наглый, иногда приходится самому из-за стойки выбираться, чтобы особо ретивых на место поставить.

— Да неужто?! — с наигранным недоверием воскликнул Алексей.

Бульдог только усмехнулся в ответ. В этот момент из бара донёсся громкий возглас — десяток пьяных глоток нестройно орали «ура».

— Что у тебя за вечеринка? — спросил Алексей, повернув голову в сторону питейного заведения.

— А-а-а, — махнул рукой хозяин «Восходящей луны». — Один приезжий вторую неделю попойки устраивает. Со сталкерами общается — для него это экзотика, все равно что на папуасов посмотреть. Все кричит, что в Зону собирается, да никак не соберётся — видно, кишка тонка. Ну, а парням-то что? Угощает — значит надо пить. Почему бы нет, если на халяву? Да и я не против — он мне выручку отличную делает. Ещё пару недель таких, и я смогу выделить из своего скромного бюджета средства на ремонт «Луны». Давно уж собирался, только с ужесточением мер народа поубавилось, ну и прибыль соответственно.

— Понятно, — кивнул Кожевников. — Давай и я внесу лепту в починку скрипучих половиц — выдели мне комнату.

— Для тебя, Алексей Фёдорович, все самое лучшее. — Бульдог с улыбкой протянул ему ключ. — Проходи, располагайся. Я скажу, чтобы тебе ужин в номер принесли. Если, конечно, не хочешь халявной водочки. Она последнюю неделю без меры льётся.

— Спасибо, но я, пожалуй, просто поём, — отказался Кожевников и отправился в свой номер."

"По пути он заглянул в бар. Большинство посетителей сгрудились возле дальней стены, где на нескольких столах были расставлены запотевшие графины и всяческая снедь.