Рука начала болеть просто адски, но я не стала стоять столбом и бросилась прочь из конюшни в поместье. Плевать, какое к себе встречу отношение, но я должна срочно выпросить у слуг вино!

Почти в полной темноте преодолела расстояние до черного входа. Здесь двор никакие факелы не освещали, так что едва не споткнулась пару раз.

Никого так и не встретив, заскочила в коридор и, услышав приглушённые голоса, поспешила вперёд.

Обнаружила приоткрытую дверь и готова была войти, но разговор женщин-служанок заставил меня замереть на месте.

- Просто леди Арива не вынесла смерти своего мужа, - говорила одна приглушённо. – Эта потасканная Сюзанна соблазнила его, увела из семьи, а потом бросила, отчего милорд Евиас начал бесконтрольно пить. Говорят, Его Светлость ездил как раз к милорду Евиасу в поместье и нашел его мертвым в спальне. Рядом лежала записка, в которой тот написал, что очень сожалеет и просит у леди Аривы прощения, но жить на этом свете больше не способен… Так что не зря Его Светлость упёк эту паршивку в конюшню разгребать навоз руками. Там ей самое место. Разрушила жизнь бедняжке леди Ариве, а теперь ещё и её мужа до самоубийства довела! Её стоило бы линчевать, не иначе. И почему милорд Юлиан до сих пор держит её здесь???

- Видимо, смерть показалась ему слабым наказанием… - вставила вторая. – Но я была бы рада, если бы он уже избавился от неё…"

"- Избавится, избавится… - вмешалась третья. – Унизит её как следует и выбросит прочь. Я уверена, что через три месяца потаскухи здесь не будет. Хоть бы выкинул её к нищим в одном тряпье! Любила прыгать на чужих мужей, пусть ублажает отбросов…

Я почти не дышала, слушая всю эту дичь. Женщины в этом поместье были исполнены невероятной ненависти к Сюзанне, но хоть теперь стало понятно, почему.

Выходит… моя сестра отбила мужа у леди Аривы, а тот с горя спился и покончил с собой? Вот почему Юлиан приехал таким убийственно озлобленным!

Новости так захватили меня, что я даже ненадолго смогла игнорировать боль, продолжая зажимать руку тряпкой, но потом почувствовала, что та стала слишком мокрой. Отняла тряпку от глубокого рваного пореза и замерла с дрожащими руками.

Чувствовала себя жалкой и страшно беспомощной. Кто станет помогать женщине, которую так отчаянно презирают??? Никто не даст мне вина или лекарств, на это не стоило и надеяться.

Неожиданно на меня набросилось головокружение. То ли переутомилась сегодня, то ли крови потеряла много, не знаю, но я пошатнулась, пытаясь плечом опереться об стену.

- Что ты здесь делаешь???

Я могла поклясться, что слышала в чужом голосе отчетливое шипение. Испуганно дёрнулась и открыла глаза, смотря на Юлиана де Армье, как на вестника смерти.