Если два года, что я провела в лаборатории «Цербера» не считались воздержанием, то несколько недель, что он лежал в коме, уж точно не могли сойти за таковое.

Кейден прижался щекой к моим волосам и улыбнулся.

- Я люблю тебя, - произнес он, повышая ставки.

- Я люблю тебя сильнее, - не моргнув и глазом, отозвалась я, и он рассмеялся.

Наверняка это неправда. Еще год назад я была уверена, что неспособна любить кого-то, так откуда мне знать, что мои чувства к нему хоть отдаленно напоминают то, что он чувствовал ко мне? Моя любовь к Кейдену была похожа на пробуждение – я знала, что не всегда испытывала эти эмоции, но понятия не имела, когда – или как – все изменилось. Я не помнила, как было раньше, да и не хотела помнить. Зачем, если настоящее оказалось столь великолепным?"

"- Я говорю правду, - решила я уточнить на всякий случай, бросая на него взгляд – Кейден смотрел на меня сверху вниз своими теплыми, слегка затуманенными глазами. Не уверена, для чего я говорила это ему – скорее, ради себя самой, нежели для него, раз уж он всегда был так во всем уверен. Эти слова стоили того, чтобы быть произнесенными вслух. – Я никогда прежде не говорила этого. И… и я до сих пор точно не представляю, что это означает, но одно я знаю наверняка – это правда. Точно так же я знала, что не хочу выигрывать войну, если бы в результате тебя не оказалось рядом, вот как сейчас. Просто… ты делаешь меня счастливой, а это вовсе не так уж легко. – «Ты открыл ту часть меня, о которой я и понятия не имела. Ты заставил меня почувствовать себя живой – впервые за многие годы. Ты вернул меня на Землю и показал, чего мне недоставало всю жизнь». – Каким-то образом ты сделал так, что я ощущаю себя… нормальной.

- Ты не нормальная, - возразил Кейден, целуя меня в переносицу. – Ты восхитительная.

Мне хотелось сказать ему что-то в ответ, что-то насчет того, как я до сих пор жду какого-то подвоха, что все еще не могу поверить, что Вселенная наконец-то сжалилась надо мной и послала его, чтобы наградить за мои заслуги, но слова не шли. Как обычно, я могла без труда выдать что-то о себе и своих проблемах, но не о нем, и я уже достаточно знала о взрослых отношениях, чтобы понимать – они должны являться партнерством, а не затянувшимся сеансом психотерапии. К счастью, от необходимости что-то говорить меня спас собственный желудок, выбравший именно этот момент, чтобы издать самый длинный и громкий звук, сигнализирующий о голоде. Не успела я порадоваться, что неловкий момент прошел, как желудок дал о себе знать еще раз, словно убеждаясь, что на его нужды точно обратили внимание.

Кейден одарил меня понимающим взглядом, и я лишь пожала плечами.

- Мой ланч был прерван пытающимися убить меня людьми. Ты должен был видеть это в новостях.

- Ты вообще сегодня ела? – спросил он строго.