Но вот она снова стояла передо мной: рубашка, соскальзывающая с обнаженных плеч, глаза, такие теплые, темные и полные страсти, мышцы, двигающиеся под невероятно мягкой кожей. Воспоминания до сих пор причиняли нестерпимую боль.

Я обернулся и увидел какую-то девушку–служащую с длинными, медового цвета волосами и широкой, ничего не выражающей улыбкой. Она рассмеялась и обняла своего друга, не зная и не желая знать, что пахнет, как женщина, которой уже год не было в живых. Конечно, запах отличался – никому больше не свойственна эта смесь пряного женственного аромата, смешанного с потом, ноткой металла и острым привкусом пороха.

Ноги не держали, и мне пришлось присесть в стороне от толпы, где, с трудом делая глубокие вдохи, я пытался загнать эти воспоминания обратно в потайные уголки своего разума. За то краткое время, что мы провели вместе – время, за которое я запечатлел в памяти веснушки на ее коже, и когда казалось, что в мире нет никого, кроме нас двоих – ее запах стал ассоциироваться у меня с самим дыханием.

Даже несмотря на то, что сейчас я знал, что Джена жива, она была потеряна для меня. Все, что у меня осталось – это неясные воспоминания о тепле ее тела в моих объятиях и того, о чем я не мог даже думать.

И все же одна лишь тень ее запаха возвращала меня к тем мгновениям, когда я вдыхал его, касаясь губами ее шеи, или когда она проходила мимо по палубе «Нормандии» еще до того, как я впервые коснулся ее, или же к самому началу – к тому моменту, когда я осознал, что этот запах принадлежит ей.

************

Я услышал звуки рукопашного боя – стоны и удары кулаков по телу - еще до того, как завернул за угол и зашел в транспортный отсек. Мне сказали, что она направилась сюда, но почему…

- Ха! – долетел до меня смешок Рекса в сопровождении громкого тяжелого дыхания.

– Должен признать, ты свирепа для человека.

Пройдя в открытые двери, я увидел крогана, потирающего щеку, исполосованную оружием много лет назад. Шепард, одетая в обтягивающий спортивный костюм, упруго прыгала с ноги на ногу, сжимая защищенные легкими перчатками для спарринга ладони в кулаки; она также тяжело дышала, а на ее лице застыла опасная ухмылка. Поймав мой взгляд, Джена улыбнулась еще шире, а затем одним захватывающим дух плавным движением бросилась вперед, поднырнула под кулак Рекса и, опершись на руку, попыталась ударить крогана в грудь обеими ногами.

Огромной ладонью он перехватил ее и с ревом швырнул прочь. Сделав флип назад, Шепард с трудом, но все же устояла. Каждое ее движение было плавным, свободным и казалось столь же естественным, как и ходьба. Я даже не сразу заметил, как открыл рот, однако поспешил закрыть его, пока она не увидела.

Джена выпрямилась и отряхнула ладони.

- А ты силен даже для крогана, - выдохнула она, все еще улыбаясь.