Они управляют нами только потому, что они всегда это делали, и им удалось установить мир, который, возможно, охватывает не всю галактику, однако проделанная работа все равно впечатляет.

Шепард снова сделала глоток.

- Но этот мир очень хрупок, понимаешь? Все, что понадобится, чтобы разрушить его – это каким-либо образом скомпрометировать Цитадель. Даже меньше – хватит малейшей ошибки, которая позволит предположить, что Совет не все держит под контролем. Есть поговорка, утверждающая, что любое общество находится в четырех пропущенных трапезах от анархии. Мне нравится это высказывание – доказывает, что как бы далеко мы ни зашли в своем развитии, мы все равно остаемся животными, которых лишь мир и стабильность удерживают в рамках цивилизованности. Самые ужасные события случаются тогда, когда мы начинаем принимать что-то как должное, а затем у нас это отнимают. Сарен – всего лишь аномалия, символ мятежа, и они хотят, чтобы я подавила это восстание. И это правильно, потому что когда я всажу пулю в его голову, это будет справедливо. Но что, если за его поступками стоит нечто большее? Что-то, над чем мы не властны. Что-то достаточно важное, чтобы заставить его предать Совет. Я не знаю. Людям немного требуется, чтобы поддаться панике и забыть, как подчиняться приказам. Может быть, именно это и произошло с ним? Может, он узнал о чем-то и запаниковал? Как бы то ни было, окажись я на месте Совета, я бы тоже делала вид, что все в порядке. Не моя забота обсуждать их решения.

Мгновение я просто смотрел на нее и старался не дать удивлению отразиться на моем лице. Она ни разу не упомянула слово «Жнецы».

- Ух ты, коммандер, - пробормотал я наконец. Ее монолог лишил меня дара речи. Она оказалась даже умнее, чем я думал прежде. – Не знал, что оперативнику спецназа дозволено иметь свое мнение.

Это был смелый шаг, однако риск окупился, когда она рассмеялась. Пусть это был ненастоящий смех, но она широко улыбнулась, и с ее губ сорвался смешок, а я почувствовал себя до абсурдного довольным собой. Стоило Джене лишь улыбнуться, как мрачное выражение покинуло ее лицо, и она на мгновение выглядела… нормальной, даже несмотря на прическу, шрамы и татуировки. В тусклом синем свете ночного цикла она была прекрасна. Неожиданно я осознал, что пялюсь на своего командира, и поспешил мысленно отругать себя. Я не был ни глупым, ни заносчивым, чтобы развивать эту мысль дальше.

- Все в порядке, Аленко, - ответила Джена, - если ты когда-либо проболтаешься, я могу просто убить тебя. А поскольку теперь я Спектр, то мне даже не придется отвечать за это. – Глядя в ее серьезное лицо, я на мгновение почувствовал беспокойство, а потом она слегка повернула голову и, ухмыльнувшись, посмотрела на меня полными юмора глазами.