Но в то же самое время меня не покидало стойкое ощущение того, что они словно устроили вечеринку, на которую меня не то что не пригласили, но о которой даже не сочли нужным сообщить. Джена умела говорить так, что создавалось впечатление, как будто вы одни в целом мире, и нет никого, с кем бы ей хотелось быть, кроме тебя. На службе она держалась так холодно и отстраненно, но стоило ей снять эту маску, как я ощущал себя самым счастливым человеком на свете – словно то, что она позволила мне или кому-то другому узнать ее с этой стороны, было огромной честью.

Поэтому когда я увидел ее снова после такого долгого перерыва, стоящую плечом к плечу с Гаррусом и чертовым церберовским биотиком, ведущую себя, как ни в чем не бывало, я почувствовал себя так, будто мне отвесили пощечину. Мне показалось, она вернулась с того света лишь для того, чтобы лично дать мне понять, что все, что я думал о ней или о нас, являлось ложью, иллюзией, а я был глупцом, поверившим, будто великую коммандер Шепард когда-либо волновало хоть что-то, не говоря уже обо мне.

Я знал так мало о том, что она делала с “Цербером”, но еще меньше я знал о том, почему.

Это все началось на Иден Прайм.

Я окинул взглядом остальные присланные мне файлы, все еще лежащие на столе. Мы только что прошли через ретранслятор в Солнечной системе, и до прибытия в Ванкувер оставалось добрых шесть часов по времени Цитадели. У меня было время, чтобы попытаться узнать интересующие меня ответы.

========== Оглядываясь назад ==========

Шепард

Земля. Я ненавидела Землю.

Уродливая сырая перенаселенная планета, о которой у меня не сохранилось ни единого хорошего воспоминания. Происходящее со мной сейчас определенно не станет исключением. Глядя в окно своей крохотной комнатки, я видела лишь туман, высокие серые здания и дождь.

Они построили корабль, на котором я облетела полгалактики, но так и не смогли придумать, как взять под контроль этот чертов дождь."

"Я не была здесь… сколько? тринадцать лет? Если включить в это время два года, потерянных в церберовской лаборатории, получалось, что я не ступала на поверхность родной планеты почти полжизни. И не скучала по ней ни капельки.

Весь мой опыт свидетельствовал о том, что Земля была местом, где процветала жадность, где сильные эксплуатировали слабых, заходя в своей жестокости так далеко, что бедняки всю жизнь кочевали от одного рабовладельца к другому, даже не мечтая о лучшей жизни. Огромное, вселяющее трепет здание Альянса, в котором я сейчас находилась, казалось мне гигантским средним пальцем, возвышающимся над всеми этими несчастными, пытающимися выжить день за днем на глазах равнодушных власть предержащих.