Я испуганно замерла, боясь выказать свое пробуждение, и прислушалась:

- Что ж ты от меня-то хочешь? – спрашивал мужской голос. – Чтобы я ее того…

- Не того, а просто выживи ее из дома! – в этом недовольном голосе я узнала бабку. – Будто никогда не занимался таким!

- Не хочу я! У меня потом сил не остается! – тоскливо возразил незнакомец. – Болеть я буду!

- Болеть ты будешь, когда я на тебя нашлю гадость какую-нибудь! Вот тогда запоешь по-другому! – отвечала ему Тина. – В узел скручу, а потом по углам пылью развею!

Голоса стали тише, а потом совсем стихли. Я осторожно открыла глаза и в свете настольной лампы увидела склонившегося надо мной рыжего парня. Рыжими были не только его взъерошенные волосы, но и глаза, зрачки которых напоминали кошачьи. Его длинные ресницы закручивались таким странным образом, сто каждая из них торчала в разную сторону.

- Мама-а-а! – закричала я… и проснулась.

За окном серел осенний рассвет, лампа так и горела, отбрасывая оранжевое пятно на белоснежную скатерть, а мое сердце колотилось с бешеной скоростью. Кошмар… мне приснился кошмар…

Я села, тупо таращась на раскачивающиеся сосновые лапы. По позвоночнику побежала струйка холодного пота, холодя кожу, и на моих голых руках появилась гусиная кожа.

Это все от нервов и нехороших эмоций, которыми ознаменовалось мое путешествие в Злобовку. Нужно начать пить успокаивающее.

Услышав, как надрывно кашляет старая Тина, я натянула халат и пошла на кухню. В печи еще оставался жар, на который я положила дрова, после чего поставила на плиту чайник.

- Нинка! Нинка! – раздался бабкин крик. – Иди сюда, окаянная!

Интересно, зачем я ей понадобилась? Снова выгонять будет?

У меня перед глазами все еще стоял странный парень из сна, и я даже удивилась, каким ярким был его образ. Он напоминал рыжего кота в человеческом обличье.

- Доброе утро, бабушка, - поздоровалась я, войдя в спальню. – Вы меня звали?

- Нет, не я, - язвительно произнесла она. – Наверное, послышалось! Ты какого черта допоздна спишь, если помогать приехала?

- Восемь утра только, - я посмотрела на часы. – Разве это допоздна?

- Нечего мне тут бока вылеживать, иди на колодец, купаться буду, - проворчала старуха. – И чаю мне сделай. Да покрепче!

- Хорошо, - мне хоть и было чудно такое отношение, но я решила потерпеть. Кто знает, может, удастся наладить отношения с «умирающей».

Ведра я нашла в коридоре, там же стояла и здоровенная, почти пустая бочка. Похоже, в нее и нужно было набирать воду. На улице моросил дождь, но под сосной было сухо, что не могло не радовать. Не хотелось промокнуть и слечь с простудой.

- Ну что, все сделала?

От неожиданности я выронила ведро, и оно полетело вниз, в колодец, звякая цепью. Соседка стояла возле забора, одетая в дождевик и с любопытством наблюдала за мной.