Всё же день с профессором Субботиным не прошёл даром. Как будто не день, а год! Артобалевский говорил, что хочет год проспать, а Илья говорил – ни за что. Совсем недавно она тоже мечтала проспать год или десять, чтобы забылись и стали прошлым безобразные сцены, унизительные разговоры, горе и страх. А теперь ей хотелось, чтобы время шло как можно медленнее и чтобы в него уложилось многое, самое важное, и чтобы каждая минута запомнилась надолго, навсегда.

– Ты издеваешься надо мной! – закричали в трубке. – А я ни в чём не виноват! Я нормальный человек, и у меня нормальные потребности! А я как перед расстрелом! Из-за какой-то, блин, ненормальной и её, блин, фантазий!.

.

Ангел нажала кнопку и аккуратно положила телефон на край стола.

Он немедленно зазвонил снова и надрывался очень долго. Почему-то она не сообразила выключить звук и решила, что самым правильным будет уйти и подождать за дверью, пока он не перестанет звонить.

Она вышла, аккуратно притворила за собой дверь – телефон всё звонил, – и тут у неё невыносимо зачесалась голова. Она запустила обе руки под перекрученные жёсткие косицы и принялась остервенело драть кожу.

Под ногтями стало мокро, но чесотка, от которой на лоб вылезали глаза, не унималась.

Она зарычала, продолжая рвать волосы ногтями. Телефон за дверью звонил.

– Тихо, тихо, ты что?! С ума сошла?! – и кто-то взял её за руки.

Ангел замотала головой и стала вырываться, ей казалось, что, если она остановится хоть на секунду, кожа на голове лопнет и кровь по лбу потечёт в глаза.

– Перестань, перестань, разве можно? Пойдём со мной, я тебе помогу.

Она всё вырывалась и чесалась.

Оглянувшись по сторонам, Катерина втолкнула её в свою комнату.

На девочке лица не было, и в странных, очень светлых глазах как будто прыгали зрачки.

– Подожди, остановись!

Катерина, как была, в шубе, проворно полезла в холодильник, насыпала в салфетку льда, завязала и приложила к расцарапанной голове.

– Держи вот так, слышишь? Держи, не отпускай, а то всё рассыплешь.

Ангел прижала салфетку к голове и закрыла глаза.

– Садись сюда и вот так води. Сейчас успокоится."

"Она сбросила шубу, накапала в стакан каких-то вонючих капель и заставила Ангела выпить, сама тоже выпила.

– Легче?

Ангел кивнула.

– Давно они у тебя?

Ангел не поняла.

– Дреды, – пояснила Катерина. – Давно сделала?

– Недели две.

– Боюсь, не распутаем, – огорчилась Катерина. – Но я посмотрю. Сиди, не вставай.

От ледяной влажной ткани, а ещё от того, что здесь не слышно было проклятого телефона, Ангелу сделалось хорошо и легко. Сгорбившись, она сидела на стуле и глубоко и медленно дышала.

– Повернись вот так, – Катерина зашла ей за спину и стала возиться с её волосами.

Тут Ангел окончательно пришла в себя, перепугалась и засуетилась.