Интересно, сколько ей лет? С виду – так и не скажешь. Не девочка уже, да, не так уж и молода. Лет, наверное тридцать… Да, где-то около того.

Алексей и сам не замечал, что не отрывает от красавицы глаз. А та – заметила. Улыбнулась – уголками рта. Подняв глаза, ожгла синим взглядом.

– Я – Денчо Вязов, – указав на лавки, кивнул гостям старик. – А это невестка моя, Мария.

Красавица холодно опустила ресницы – длинные, пушистые, явно накрашенные… Вот ведь, да… И этак – оп! – снова стрельнула глазищами! Словно стрелу пустила. Ляшину прямо в сердце. Нет, не то чтобы капрал был записным бабником, но… От мирских удовольствий молодой человек никогда не отказывался, коли была к тому возможность. Однако здесь ведь не веселый дом?! Чего же тогда она так смотрит?

– Откушайте, чем Бог послал, – хозяин предложил сыр, кисель, пироги, отварное мясо и еще какие-то яства. Мясо – и это в пятницу, в пост! Гости все же отказываться не стали – невежливо.

– Кушайте, кушайте, – покивал старик. – Так, говорите, Матвей-обозник путь обсказал?

– Он. Поклон передал и… – вспомнив, капрал достал из подсумка серебряную монетку. – Вот. В прошлый раз, говорит, обсчитался.

– Что ж, – старый Денчо довольно хмыкнул. – Всегда приятно с честным человеком дела иметь. Вы ему так и передайте.

– Передадим. Что с водкой?

Не желая возвращаться домой в темноте, Ляшин действовал решительно, сразу взяв быка за рога.

Хозяин понимающе ухмыльнулся:

– Есть ракия, да. По обычной цене брать будете? Что так удивились? Да уж не первые вы здесь у меня. Так что насчет цены?

Старик говорил по-русски, временами сбиваясь на местный говор, но в общем-то, все было вполне понятно.

– Цена? А какая обычная?

– Если в штофах брать будете – одна цена. Если в бурдюках – дешевле.

– Пожалуй, в бурдюках возьмем… Никодим Иваныч, готовь деньги.

Откушав, спустились на первый этаж, хозяин лично разлил в бурдюки ракию, черпая из большого кувшина…

– Попробуете?

– Ну, если только чуть-чуть…

Крепкая – градусов тридцать – водка обожгла горло. Сливовая. Или – на абрикосах, персиках… Впрочем, какая разница? Главное, что хмельное.

– Ну что? Два бурдюка берете?

– Берем! Пожалуй, еще и третий захватим. Никодим Иваныч, с деньгами как?

– На третий хватит, но впритык.

Деньгами по молчаливому согласию заведовал опытный ветеран. У Ляшина денежки никогда не залеживались – транжира был по жизни, что же касаемо Прохора, так тот и вообще редко когда монетку в руках держал. Так что – Никодим Иваныч, ага.

Деньги у друзей имелись – трофейные. То есть не вообще деньги, а вещи – оружие богатое или, там, золото-серебро. Что в бою досталось – то маркитантам да на девок гулящих ушло. И вот теперь – на пропой. Тоже хорошее дело! А что? Один раз живем! Тем более на войне-то.