Эх, права ты была, когда меня о последствиях предупреждала!

Ее личико приняло трагическое выражение, словно прямо сейчас она шла на плаху.

— Подожди ты, а что Еор говорит? — уточнила Рига.

— Еор? — Тьяна удивленно вздернула брови. — А при чем здесь Еор?

— Стой, не поняла, — ти Роуд поморщилась и пожала плечами. — А кто отец ребенка?

— Я же не шлюха какая-то, — фыркнула подруга в ответ. — У меня был единственный мужчина, Еор Толев. Он и отец.

До Регины кое-что стало доходить:

— А он про ребенка знает? — осторожно уточнила она.

— Конечно, НЕТ! — возмутилась Тьяна. — Это же позор какой, забеременеть незамужней! — Нет? — у Риги даже больше слов не нашлось. — Ты ему о ребенке не сказала?

Тьяна лишь обреченно покачала головой и вздохнула.

— Сиди здесь и никуда не выходи! — приказала ти Роуд подруге. Та лишь безразлично пожала плечами и перевела остекленевший взгляд в окно.

Когда через несколько минут в покоях открылся портал, и из него снова вышел его величество, гостья уже была готова хвататься за сердце. Когда же следом за ним вышел такой же, как и девушка полчаса назад, взъерошенный и напуганный Еор, она не знала, что сказать. А вошедшая в комнату Рига бесцеремонно вытолкала короля, пообещав рассказать, чем закончится дело. Он же на прощание хитро сверкнул глазами и сказал:

— Если хотите, я к вам в крестные пойду! Люблю малышей!

— Какой крестный? Каких малышей? — бедный Толев ни как не мог взять в толк, что происходит вокруг.

— Только что король Рубен Элла предложил стать крестным твоему сыну. Ты возражаешь?

— уточнила Регина."

"— Почему сына? А если у меня дочка будет? — тут же взвилась с места Тьяна, словно только что не изображала умирающую.

— У тебя дочка? От кого? — нахмурился Еор.

— От тебя, естественно! — Рига по-братски похлопала его по плечу. — Думаю, вам есть о чем поговорить наедине.

Она справедливо решила, что даже если у парня и были сомнения, протекция его величества должна сыграть не последнюю роль. Крестники короля автоматически получали террство, если его до этого не было. А то, что в его словах послышалась ревность, давало надежду, что брак будет заключен по любви.

Регина, наверное, час ходила по коридору, боясь помешать парочке разобраться в непростых, как оказалось, отношениях. Но ее ожидания были окуплены с лихвой. Это стало понятно, когда двери отворились и на пороге появились Тьяна с сияющими от счастья глазами и гордо выпятивший грудь Еор.

— Пусть хоть у кого-то будет в этой жизни все хорошо! — Рига от души порадовалась за друзей.

А утром Регина ти Роуд с его величеством отправились к столбам. В это самое время в королевском дворце далекой Пасауле в будуаре королевы собрались трое: она сама, ее внук и верная фрейлина Лайма.