Теперь всё семейство отправлено в столицу для суда и последующего наказания. Андре был очень зол и пообещал лично проконтролировать процесс."

"Ну, а лечить меня, пригласили мсье Фила, так как он – единственный лекарь во всей округе. Слуг из замка выгнали и объявили в ближайших деревнях о появлении наследницы и о том, что ей требуется новый персонал. В общем, скоро меня ожидает большая работа по проведению собеседования и наведения порядка в герцогстве Розель.

Поделилась этой информацией Вилия; мужчины почему-то старательно избегали моего взгляда и не задерживались в комнате.

Андре несколько раз заходил, желал скорейшего выздоровления и снова погружался в работу: как пояснила Вилия, ему требуется срочно вернуться в герцогство Данклав, а оставить здесь всё как есть он не может.

Мсье Аллистер, пряча глаза, поинтересовался моим состоянием и тоже сбежал, также объясняя свой уход срочной работой и множеством нерешённых задач.

Только мсье Михель часто засиживался в кресле и молчал, внимательно вглядываясь в моё лицо. Этот его взгляд, казалось, прожигал меня насквозь, раздражал и нервировал. На мой вопрос, что ему нужно, Вилия загадочно улыбалась и пожимала плечами, но ничего не говорила.

Но хотя бы объяснила причину странного поведения мсье Аллистера и Андре: оказывается, это всего лишь стыд – они винят себя в том, что не предусмотрели и меня похитили, ведь я, такая хрупкая и нежная, страдала и перенесла невероятное потрясение.

— А ещё ты их пугаешь, — улыбнулась девушка. — Справилась с двумя явно сумасшедшими.

— Надеюсь, теперь меня не возьмут под стражу?

— Нет. Я их тоже пугаю, на меня в герцогстве Данклав трижды нападали, и двух мужчин мне удалось вырубить! — звонко рассмеялась Вилия, и я присоединилась к ней.

— Да, русские женщины– страшная сила! — смеясь, произнесла я.

— Дея, подай, пожалуйста, бутылочку с отваром, — попросила Вилия сидевшую рядом девочку.

Вилия также рассказала мне, что как только обнаружили моё исчезновение, Дея практически не двигалась, замерев, смотрела в одну точку и шепотом повторяла единственную фразу: «Всё будет хорошо». А когда Михель внёс меня в комнату, вскочила с кресла и не отходила от моей кровати ни на минуту. И сейчас девочка была в комнате, аккуратно сидела на самом краешке кресла и внимательно слушала нас, и иногда, когда мы смеялись, на её лице тоже появлялась улыбка.

В первый же день, после того как я очнулась, она забралась на мою кровать, обняла меня и тихо расплакалась. С этого дня каждый вечер мы лежали в обнимку и общались: я рассказывала ей истории своего мира, она делилась сказками мира Эродар. Кажется, Дея начала понемногу оживать.

На четвёртый день мсье Фил позволил мне подняться с кровати, и я с радостью побежала в ванную комнату.