45

Едва я попадаю в зал, голова начинается кружиться, и к горлу подступает дурнота. Люди бурно обсуждают, выкрикивают какие-то гадости, жестикулируют. В центре, на трибунах, я вижу Антона Ермолаенко. Внутри всё стягивает узлом. Господи, я ничуть не удивлена, что он во главе этого кошмара. Ведь, то, что он тут главный, становится понятно сразу. Антон сидит в центре, внимательно смотрит и выглядит слишком уж спокойным и довольным. Рядом с ним двое крупных парней в чёрной одежде. Охрана.

Всё это я выхватываю буквально за секунды какими-то фрагментами, кусками реальности.

— Лекс с Ермолаем договорились, — тихо поясняет мне Андрей. — Шевцов выиграет для него два боя, а потом Антон отдаст ему этого бугая, своего человека. У Лекса с бритоголовым какие-то свои счёты. А потом, как оказалось, Ермол дал указку лечь, потому что все поставили на Лекса. Так этот козёл решить гребануть бабла и перестраховался, послав к тебе своего верзилу.

Пока Андрей говорит, мои глаза привыкают к яркому свету, которым залит ринг, и прикипают к тому, что там происходит. А происходит то, чего бы я даже в страшном сне не увидела. Затыкаю ладонью рот, чтобы сдержать вскрик, когда вижу его.

Лицо Алексея всё в крови, бровь разбита, губа тоже. А взгляд… В нём столько ярости и немой злости, что, как мне кажется, человек просто не способен такое чувствовать. Шевцов падает на пол под натиском здоровенного лысого парня и… просто закрывает голову руками, прижимая перчатки к ушам. Не сопротивляется, не бьётся, позволяя себя убивать. Неосознанно я набираю воздух, чтобы крикнуть ему, чтобы позвать, но задыхаюсь в большой тёплой ладони, пахнущей табаком. Андрей не даёт мне издать и звука, лишь оттаскивает за колонну и сильнее натягивает капюшон. Пытаюсь вырваться, но тщетно. Люди вокруг улюлюкают и ругают Шевцова. Я понимаю, что они проигрывают свои деньги, которые поставили на него. А он… проигрывает свою честь, потому что думает, что я в опасности. Ну как, как же мне донести до него, что это не так?

Тут я замечаю, как внизу к парню, что стоит у одного угла ринга, подбегает Копылова, что-то быстро шепчет, тот в ответ кивает и отрывисто выкрикивает в сторону дерущихся противников. Шевцов всего на мгновение вскидывает голову, а потом изворачивается и вскакивает на ноги. Здоровяк берёт его в захват, но Алексей быстро освобождается. Делает пару шагов назад, а потом начинает атаковать. Это момент истины, когда зверь, живущий в человеке, вырывается наружу. Шевцов обрушивает удары один за одним, не давая противнику даже шанса уйти. Переворачивает через себя, вывернув руку. Наклоняется и что-то тихо говорит ему, а потом рывком выворачивает конечность. Рука у парня сломана, без вариантов.