У меня дар, передавшийся от отца.

— Серьёзно? — я аж икнул от неожиданности. Жорик вообще улыбнулся, но, поймав взгляд хозяина дома, тут же уважительно закивал.

— А, я же тебе в прошлый раз и не сказал. Как-то не до этого было, — печально ответил Матвеич. — Так зачем вы здесь?

— Нужен фрагмент одного артефакта, Матвеич, — серьёзно взглянул я на него, вспоминая то, что передал мне Драгомир. — В виде треугольной бронзовой чаши, расписанной символами.

— Догадываюсь, о каком ты артефакте говоришь, — Матвеич нахмурился. — Есть такой. Но получить его будет непросто.

— Почему? — удивился я.

Матвеич тяжело вздохнул, затем поднялся:

— Пойдём, покажу.

Мы накинули тёплую одежду. Матвеич сказал, что будем выходить за купол и взял с собой нескольких магов. А я выпустил Пал Палыча, который рвался наружу.

Лея отказалась вылезать, сказав, что терпеть не может холод."

"Когда мы миновали сияющую дверь и очутились на заснеженной равнине, моему взору вновь предстали сотни замороженных льдин.

— Тут недалеко, — сказал Матвеич, показав рукой. — Метров сто вон до той горы ледяной.

Я увидел, куда он показывал — ледяной айсберг торчал посреди равнины. Метров десять, если не больше высотой, и в диаметре примерно так же.

Когда мы подошли, я понял, почему Матвеич помрачнел. Айсберг был полупрозрачный, и внутри него угадывались очертания какого-то огромного монстра. Похожий на большую змею, он свернулся кольцами, открыв пасть.

— Вон там и есть твой фрагмент, — дрогнувшим голосом ответил Матвеич. — В руках Ярополка, моего помощника и очень сильного архимага, — а затем он повернулся ко мне, серьёзно взглянув в глаза, — Надеюсь, не нужно объяснять, почему его нельзя доставать?

Глава 21

— Ты боишься, что этот монстр вырвется наружу и уничтожит всех? — повернулся я к Матвеичу.

Он хмуро кивнул.

— Я и мои питомцы справимся с этой змеёй, — уверенно ответил я.

— Ты не понимаешь, Иван, — сокрушённо покачал головой Матвеич. — Она уничтожила очень сильного мага. У меня погибло четыре питомца. Ещё десять жителей были отравлены ядом этой твари и умерли на месте. Всего лишь капля на коже — и смерть. Страшная и мучительная. А самое главное — эта треугольная штуковина, которая должна была защитить, не помогла. Ты видишь результат.

— Да, вижу, — ответил я, прикинув уже несколько вариантов, как буду убивать змею. А во мне забурлила божественная сила, жаждущая битвы.

— Мы кое-как заковали эту тварь в глыбу, — продолжал Матвеич. — И ты не поверишь — лед иногда подтаивает. Представляешь силу этого монстра?

— Догадываюсь, — хищно оскалился я. — И ты не представляешь мою силу.

— Я чувствую её, — растерянно взглянул Матвеич. — Теперь чувствую. Что ты сделал?

— Всего лишь захотел убить эту гадину, — ответил я. — В общем, действуем по тому же плану.